— Надеюсь, ты меня не унизишь второй, третьей и прочими женами? — на меня не смотрела, но я чувствовал, как она была напряжена.
— Если ты не заметила, я не горел желанием вообще жениться.
— Хочешь сказать, сделал альтруистический шаг, женившись на несчастной девочке? — фыркнула зараза.
— Бедной тебя сложно назвать. Несчастной — тоже субъективно, девочке если только…
— Я хоть нравлюсь тебе? — устремила на меня прямой взгляд.
Я застыл. Такая деловая, почти дерзкая, очаровательно вызывающая… мелкая бестия выглядела непозволительно соблазнительно.
— Не надо оправданий и сторонних причин, — голос звучал властно, глубоко и требовательно. — Да или нет? — смотрела с ожиданием.
Дань — сводящая меня с ума.
— Ну же, простой вопрос. Сиськи могу увеличить. Возраст — как ты понял, у меня для брака годен. Мозги… Без скромности, я довольно умна, поэтому спрашиваю: — Есть ли у меня шанс стать твоей женой полноценно? — даже в такой ситуации она не сидела тихой мышкой. Была по обычаю пряма, воинствующе настроена.
— Я же сказал, окончи школу, а там решим, что делать с нами! Надеюсь, мы успеем за это время разобраться с нашими врагами…
— Это шутка?
— Нет! — отрезал ровно. — Нам разобраться нужно…
— Я о другом! — упиралась Дань. — Мне что прикажешь так и жить… — развела руками, намекая на что-то.
— Ты о чём?
— Мне восемнадцать! Я жить хочу! Любить хочу, и быть любимой. И секса хочу! Это нормально, как по мне, я и без того с этим затянула! Почему и спрашиваю, я хоть нравлюсь тебе???
— Уже отвечал… — я молился, чтобы голос меня не подвёл. Не привык я заикаться и лебезить перед женщинами! Мелкими женщинами! И тем более ещё ни разу в жизни не приходилось вот так лоб в лоб говорить с милым чудовищем, творящим нечто невообразимое с моим мозгом и телом. — Нравишься, — расщедрился на скупой кивок. — Но это не значит, что у нас что-то будет. У меня женщин в достатке, чего не хватало лезть на школьницу!
— Я вообще-то уже её почти закончила! Остались несколько экзаменов! И то, не у меня! Я ЕГЭ уже сдала!.. Хожу в школу, потому что… аттестата раньше не дадут, чем всем остальным.
— Вот и разберись с этим.
— То есть жениться на мне можно, а спать со мной — это…
— Вне моих правил! — дал понять, что несгибаем в данном вопросе. — И женился я на тебе ради твоей же защиты!
— Ах так, — кивнула потерянно Дань, уставляясь в боковое окно. Поджала губы упрямо, взгляд решительный… А меня душило желание обнять её. Ощутить её тепло в руках. Немного подышать её запахом, который меня преследовал уже давно.
Твою мать! Мне срочно было нужно спасение. Выйти из машины. Я даже воздуха втянул поглубже, собираясь Гавру велеть остановиться, но вместо этого среагировал на блеск слезинок на лице Даньки.
— И какова причина?
Она поняла о чём речь:
— Охренительно счастлива! — шмыгнула и нервно смахнула слезинку с щеки, упирая взгляд в боковое окно. — Выйти замуж за древнего Хана, ебущего шлюшек, предел девичьих грёз!
Стерва малолетняя. Уела…
На меня боль какая-то жгучая накатила. И без того, понимал, что неправильно сделал, женившись на ней, но дико надеялся на её эмоциональную сдержанность, когда уже безысходность настала…
Этого не случилось. Счастье Дань написано на её лице!
Хреново мне стало из-за такой откровенной досады.
POV Даниила/Дань
— А куда мы едем? — секундой погодя озадачилась, потому что мы опять ехали не в сторону дома.
— Дальше решать твои проблемы!
— Куда именно? — алкогольный запал немного отпустил, и я поняла, что отчаянно несчастна.
— Тебе обязательно столько вопросов задавать?
— А не проще ли ответить и тогда они отпадут? — вознегодовала в сердцах. — Или ты сломаешься от прямого ответа?
— Мои люди обычно выполняют без лишних разговоров, что говорю, потому что если посчитаю необходимым вдаваться в подробности, я это сделаю.
Я насупилась.
— Хорошо, Дань, — было видно, как он себя ломал: — До ментов прокатимся.
— ЧТО? — ахнула, готовая выпрыгнуть из машины прямо на ходу. — Я…
— Не бойся! — строго отчеканил Хан.
— Тебе легко говорить, — фыркнула беззлобно, скорее нервно. — Я не выживу за решёткой… если меня…
— Ну, во-первых, ты себя недооцениваешь. Думаю, ты там не была последней шестёркой.
— Не смешно!
— А во-вторых, — продолжил Хан, игнорируя мою реплику, — никто тебя не посадит. Не выдвинуто никаких обвинений. На домыслах и слухах заинтересованных лиц доказательства не строятся. Тут что-то более существенное нужно. Например, пистолет из которого стреляли в твоего отца. Пушка, которой ты в меня тыкала…
— Я говорила, что пушка левая. Я её на улице купила…
— На улице, — задумчиво кивнул Хан. — На будущее, на улице часто стволы уже засветившиеся в каких-либо делах гуляют. Не делай так больше.
— Ага, — стыдливо кивнула.
— Ну и в-третьих, Карим будет с тобой рядом. И я! Мы научим что говорить. Никто тебя не тронет. Но это нужно пройти! Чтобы ты без страха выходила на улицу, посещала школу, навестила Дядю… Хотя, если ты хочешь под конвоем из школы в ментуру ехать…
