Когда Путник поравнялся с ними, он их словно не заметил. Он что-то бормотал себе под нос. Неясные доводы, еле слышные возражения, обрывки странных, бессвязных фраз – он как будто пытался найти оправдания тому, что сделал, или тому, что собирается сделать. Иногда получалось, что он имеет в виду и то, и другое. Будущее мешалось с прошлым в водовороте вокруг измученной души. Самар Дэв не могла слушать.
Одержимость – это безумие, горячка. Когда она прорывается на поверхность, это невыносимо. Невозможно не заметить наносимый ею урон, не видеть, по какому узкому пути вынужден идти человек – словно между зарослями терновника, между острыми лезвиями ножей. Один неверный шаг – и прольется кровь, и вскоре бедняга превратится в сплошную рану, окровавленный, не видящий ничего, кроме того, что ждет где-то впереди.
А если он найдет то, что ищет? Если победит в своей последней битве – какой бы она ни была? Что будет с Путником?
Путник шагал, продолжая мрачный спор с самим собой. Самар Дэв и Карса ехали на Погроме, но теперь и это устрашающее животное начало сбоить, замедляться, словно встретив какое-то препятствие. Конь тряс головой, стучал копытами в утоптанную землю.
Наконец, когда Погром чуть не начал пятиться, Карса тихо прорычал что-то и натянул поводья.
– Слезай, ведьма, – сказал он, когда Путник в очередной раз прошагал мимо. – Дальше пойдем пешком.
– А Погром…
– Он сам о себе позаботится. А когда понадобится, мы найдем друг друга.
Они спешились. Самар потянулась.
– Я выдохлась. Голова – как сырой горшок в печи для обжига – вот-вот взорвется. Карса…
– Если хочешь, оставайся здесь, – прервал он, глядя на спину Путника. – А я пошел.
– Зачем? Куда бы он ни направлялся, это его битва, а не твоя. Ты ему не поможешь. И не должен помогать, Карса, ты ведь это понимаешь?
Он сморщился.
– Я могу прикрыть его спину…
– Зачем? Мы путешествовали вместе просто потому, что так удобнее. А теперь все кончено. Не понимаешь? Кончено. Один неверный шаг, просто перейди ему дорогу, и он обнажит свой меч. – Она с силой прижала ладони к векам. Перед глазами вспыхнули огоньки. Совершенно такие же, как в близком городе. Опустив руки, она заморгала мутными глазами на тоблакая. – Карса, имей жалость, давай вернемся. Оставим ему… то, что ждет в Даруджистане.
– Ведьма, мы шли по следу.
– Прости, что?
– По следу. – Он посмотрел на нее сверху вниз. – По следу Гончих.
Она снова перевела взгляд на город, увидев поднимающийся огненный шар, и через несколько мгновений гром потряс землю у них под ногами.
– Нам нельзя туда! Нам нельзя
В ответ Карса оскалился.
– Я не доверяю этим бестиям – они пришли защищать Путника? Или затравить его на улицах? – Он покачал головой. – Я не собираюсь наступать ему на пятки, ведьма. Будем держаться на приличном расстоянии, но я прикрою его спину.
Ей хотелось завизжать. «Тупой, упрямый, своевольный, толстолобый ублюдок!»
– А кто прикроет спину
Внезапно ее глаза наполнила тьма, и Самар Дэв, видимо, пошатнулась, потому что уже через мгновение Карса держал ее в руках, и на лице его была написана непритворная тревога.
– Самар, что с тобой?
– Идиот, а сам не чувствуешь?
– Нет, – ответил он.
Она подумала, что он лжет, но спорить не было сил. Огромная, бездонная тьма, казалось, хочет ее поглотить целиком. И самое ужасное, было в этом нечто соблазнительное. Мокрая от пота, с подгибающимися ногами, Самар Дэв вцепилась в руку Карсы и тихо произнесла:
– Останься здесь.
– Нет, это ничего не изменит.
Карса вдруг выпрямился и посмотрел в ту сторону, откуда они пришли.
– Что? Что там?
– Снова этот проклятый медведь.
Она обернулась. Да, примерно в сотне шагов – огромный темный силуэт. Ближе не подходит.
– Что ему нужно от меня? – спросила Самар шепотом.
– Оставайся тут, ведьма, и, может быть, узнаешь.
– Нет. Мы идем за Путником. Это решено.
Карса помолчал и вдруг фыркнул.
– Я вот думаю…
– Что?
– Ты хотела знать, кто прикроет спину нам.
Она нахмурилась, коротко ахнула и снова посмотрела на чудовищного зверя. Тот просто… стоял, медленно покачивая громадной головой, иногда задирал нос, глядя в их сторону.
– Я бы не доверяла ему, Карса, совсем не доверяла бы.
Карса пожал плечами.
И все же она упорствовала, глядя в ночное небо.
– Карса, где проклятая луна?
Теперь Каллор был уверен. В Даруджистане сошлись силы. Столкновение со смертельными последствиями, и пролилась кровь.
Он жил ради таких моментов. Внезапные возможности, неожиданные силы оказываются в пределах досягаемости. В нем проснулось предвкушение.
