О «Радуге», которую вспомнила после просмотра «Бранда» и содержание которой вкратце пересказала. И как тогда, наконец, решилась.
Ее слушали, затаив дыхание.
Не слышимый другими сигнал прервал конец ее рассказа. На экранчике радиобраслета появилась Дочь.
— Мама!
— Как дела, Дочка? Ты давно дома?
— Только что приехала.
— Ужинала?
— Да. Мама, а вы где?
— В «Аквариуме».
— Значит, вы сегодня тоже поздно вернетесь?
— Повидимому. Ты нас не жди, ложись вовремя.
— Хорошо. Я только свяжусь с Евой: хочется поговорить с ней.
— Передай привет от нас. И скажи, что мне сегодня вряд ли удастся связаться с ней.
— Включи, пожалуйста, большой экран, Эя: я хочу кое-что сказать Дэе, — попросил Арг.
Рита с любопытством смотрела на появившееся, на большом экране лицо девочки.
— Добрый вечер, сеньоры! — поздоровалась она со всеми.
— Славный вечер, дочка! — сказал ей Арг. — Я кое-что узнал для тебя.
— Я слушаю, сеньор.
— А сеньором — ты меня больше называть не будешь. Вот — я нашел: когда-то старшего дети называли «дядя». Это значит — брат отца или матери. Понятно?
— Да. И сестра матери или отца — тоже?
— Нет — женщин называли «тетя». А совсем старых: «дедушка» — отец матери или отца, и «бабушка» — мать любого из них. Меня — как ты будешь называть: дядя Арг или дедушка Арг?
— Дядя Арг. Ты ведь моложе Отца.
— Но я старше твоей матери.
— А если сложить половинки их лет?
— О, тогда будет примерно одинаково. Действительно: дядя. Молодец: ты очень сообразительная девочка. Возьму-ка я тебя к себе в ученицы, когда закончишь университет.
— Нет, дядя Арг. Я буду педагогом. Как Ева. Тетя Ева.
— Жаль, Дэя!
— Спокойной ночи! До свидания, — сказала Дэя и исчезла с экрана.
— Невероятно славная девочка! Так люблю с ней разговаривать: колоссальное удовольствие.
— А ведь все это любят — поговорить с детьми, — добавил Дан. — Естественная потребность — общаться с ними. Для всех — Лал был бесконечно прав: каждый, женщина или мужчина, должен иметь собственных детей.
— Жаль, что я слышу от тебя это только сейчас, а не когда тебе было всего шестьдесят лет, — произнесла Лия.
— Почему именно шестьдесят?
— Я тогда попросила у него консультацию — заканчивала институт. Какой он был! Как мне хотелось, чтобы он протянул мне руку.
— Разве я не сделал это?
— Сделал: но после того, как я протянула ее первая. И во второй раз, когда я осталась в его блоке, всю ночь лишь говорил о своей работе. Предложил мне заняться проблемой, о которой рассказывал, и стать его аспиранткой. Что я и сделала. Вот такой он был в шестьдесят лет.
— Ты о чем-то жалеешь?
— Ужасно! Нет, не о том, что стала его ученицей, — о том, что тогда еще никто не додумался, что нужно иметь собственных детей. Меня тогда ты бы уговорил гораздо быстрей, чем Эю. Действительно: здорово! А теперь мне уже поздно, — она дотронулась до своих белых как снег волос. Но ее черные глаза смотрели молодо, поблескивали — было непонятно, всерьез ли она жалеет об этом или смеется.
— На учителя это похоже. Помните, как он заставил пару молодых аспирантов, расцепив пальцы, укатить домой к своим компьютерам? — спросил Арг.
— Гай и Юки, — вспомнил Дан. — Он был твоим аспирантом, Лия. А она тогда дала нам весь материал по характерным числам элементарных частиц.
— Ты обнаружил тогда, что они у одной из частиц совпали с правильной группой ряда разностей простых чисел.
— И это было началом открытия периодического закона элементарных частиц. А потом — гиперструктур.
— Нет, — возразил Дан. — Вначале была встреча с Лалом, который показал мне график и письмо Михайлы.
— …А потом был построен гиперэкспресс — Тупак открыл Землю-2.
— И вы полетели туда и сделали ее пригодной для заселения.
— И вышли на Контакт.
— Да: эпоха кризиса кончилась.
— Она позади.
— Нет! — снова резко возразил Дан. — Еще не кончилась. И не кончится — до тех пор, пока не поймут все то, что первым увидел Лал. Если ошибки эпохи кризиса не будут ликвидированы.
— Учитель, разреши возразить тебе, — сказал Арг. — Я не согласен, что это должно быть сделано немедленно. Использование неполноценных дает большие выгоды: можем ли мы пока еще отказаться от них? Ведь перед нами сейчас стоят не менее грандиозные задачи, которые снова потребуют огромного напряжения.
— Ты предлагаешь отложить это на будущее?
— Конечно! Переместить на Землю-2 сразу все необходимое количество переселенцев, животных, растений и остального с помощью Экспресса невозможно — даже реконструировав его. Расчеты уже окончательно показали это. Придется строить другой гиперэкспресс — по крайней мере, в пять раз больше. Мероприятие недешевое. Я из-за этого сейчас и задержался: просматривал последние результаты расчета.
— Возможно сделать за несколько раз, Экспрессом, — я с самого начала предлагал этот вариант.
— Заселение затянется на длительный срок.
— Мне это не кажется страшным.
— Но, учитель, все хотят как можно быстрей.
— И на возвращения Экспресса почти без груза нужно будет затратить почти такое же количество энергии, что и туда. Это безвозвратные затраты — не то что на строительство суперэкспресса, — добавил один из аспирантов Арга.
