Мой образ того монстра из детства Эрики, он возвращался и постепенно всё сводилось к тому, что уже случилось. Полная ненависти, что давала ей силу… Эрика на самом деле оставалось всё той же маленькой девочки, величайший страх которой теперь находился близ неё.
Я уничтожил её город. Я убил каждого, кого она знала. Её родные сгорали заживо. Её любимая сестра несла её на руках, пока ноги тонули в плавящемся асфальте. Захлёбываясь раскалённым угарным газом, моля о спасении глухих богов, они все прошли через ад, что был создан мной и теми, кто продолжал тотальное уничтожение врага, даже когда Седьмая Оккультная война уже была фактически завершена, в силу не способности противника сопротивляться.
Тотальное уничтожение, абсолютная победа, смерть всем, кто мешал — так тогда мыслили люди, поделив мир на чёрное и белое, упав на самое глубокое дно.
Медленно Эрика отступала от меня, взгляд её расширялся, руки начинали трястись. А мой образ становился всё больше и больше, нависая над ней необъятной силой. Слабая и полная ненависти, не нашедшая в себе сил жить дальше, как она вообще могла думать, что сможет меня одолеть? И её ещё поставили Второй Печатью…
— Мусор, вызывающий лишь жалость. Не страхом перед твоей злобой сковывает меня Вторая Печать, — произносил я, пока мир вокруг меня изменялся, частично являя глубину моей мысли в физический план. — А жалость… жалость к тому, какая же ты никчёмная.
И упав на колени, она теперь едва находила в себе силы, чтобы не зарыдать. Ужас что она хотела создать для меня стал тюрьмой её души. Униженная и слабая… а я… горделивый и сильный… оба стоили друг друга, если так подумать. Однако в этот момент, когда она была казалось сломлена, именно из-за гордыни я допустил ошибку.
— Тише… — попросила слабая душа Адама.
Он пытался успокоить меня, боялся что я убью Эрику, хотя этого делать я не собирался. И именно в этот момент злобная Эрика увидела возможность. Её осенило и на лице маленькой плачущей девочки появился хищный оскал. Идея как навредить мне, она была проста настолько же, насколько был прост и Адам.
Она не могла навредить мне напрямую, но могла навредить через Первую Печать, которую я уже пытался защитить, а значит… значит Адам обладал для меня ценностью, которую можно забрать. Осталось только реализовать этот простейший план в два хода.
— Ты монстр, жалкая тварь… — прошептала Эрика, глядя на меня. — И своими руками ты уничтожил своё счастье. Только ты в этом вино…
Она не успела договорить, как гнев к ней, ненависть к самом себе и отвращения к самой жизни как таковой во мне достигли предела. Я убивал и более мерзких людей за куда меньшее грехи. Видно сдохнуть хотела дура, ну так тому и быть… пусть Фонд ищет следующего кандидата, ведь этого я вырежу и обреку перед поглощением на адские муки. Пытку, которая причин боль куда более сильную, чем её наглые слова.
Но в тот же момент, когда я начал наносить удар, предназначавшийся для Эрики, Адам начал подсознательно реагировать. Он видел угрозу, видел Эрику, видел меня… он не хотел допустить убийства, его и без того слабая тень просто встала между нами, а взгляд мой уже был ослеплён гневом.
Он был настолько мелок, настолько не важен, настолько слаб… да, мы с ним общались, неплохо проводили время, но… на этом и всё. Он не отдал бы жизни за меня, не рискнул бы спасти то, что важно мне. Он был просто другом, с которым можно поболтать и который не будет обращать внимания на лишнее. С ним можно было отвлечься, но… не идти в горы.
И его даже не заметил, просто удар почему-то не достиг Эрики, которая ещё и отпрыгнуть успела.
— Убийца, — довольно произнесла Эрика, глядя за тем как тень Адама рассеивается. — Ты всегда им был, монстром, которого ненавидят все. Все! Даже ты сам!
— Что же… — прошептал я и вместо того, чтобы разбитым упасть и начать сетовать на случившееся, винить себя и оплакивать Адама, что был едва ли строчкой в моей жизни, да и не самой важной… я просто перевёл взгляд на Эрику. — Теперь я не убью тебя, но тем лишь хуже… хуже… но только для тебя…
И только после этого до Эрики начало доходить, что же она натворила в погоне за своей местью. Ведь я-то может и был виновен во многом, но совершив подобное… она лишь сама опустилась на дно, опозорив себя, свою цель и всех тех, невинно убиенных.
Сначала я убил тех, кто остался. Их кровью были перемазаны стены, потолок и пол коридоров. Их оторванными руками я ломал их же колени, вырванными рёбрами вырезал глаза, когда мне наскучил садизм из-за отсутствия реакции находящихся под боевыми препаратами врагов, я просто начал вырывать хребты и ломать черепа. К моменту когда я поднялся на поверхность, дабы разобраться с отступающими… Третья Печать была полностью под моим контролем, Первая Печать фактически исчезла из-за смерти Адама, а Вторая лишилась возможности на что-то влиять.
