За стоянкой лесополоса по правую руку от девушек – они шли по правой стороне аллеи, как и Антон – заканчивалась, и ветер, больше не сдерживаемый ничем, набирая скорость на холмах, просто валил с ног. Аллея уходила вперед, но они уже видели большой щит в самом ее конце. Здесь торговых ларьков и лавочек было еще больше, с одного ветер сорвал крышу, и теперь она изящно примостилась сбоку от деревянного строения, как будто кто-то аккуратно снятая крышка от шкатулки. Под ногами был уже целый ковер из веток, а вода рекой телка навстречу – аллея поднималась к самой чаше озера. Сквозь шум ветра до девушек донесся резкий скрежет и противный скрип – огромный щит стонал и раскачивался под натиском ветра. Обе опасливо покосились на него, стремясь как можно быстрее миновать зону поражения.
Надпись на щите не изменилась, но краска была свежей, а буквы – яркими. У самого окончания аллеи прямо под щитом стояла еще одна будка – пост полиции. Обе с надеждой устремились к нему – Аннета даже в самом странном сне не смогла бы представить себя, радующуюся полиции – но он тоже стоял покинутый и закрытый. Полиция, как и все торгаши, подумала Аннета, работает только когда есть окупаемость.
Пустой пост полиции был последним островком цивилизации, дальше простиралось зеленое море травы, холмы уходили за горизонт, и совсем рядом в своей уютной колыбели лежало Голубое озеро. Они остались одни перед тем, что ждало их впереди.
Асфальт закончился внезапно, один шаг – и они уже стояли на бархатной траве. Над головой раздался новый оглушительный раскат, девушки одновременно вздрогнули и прижались друг к другу. На открытом пространстве ливень казался еще сильнее, если такое вообще было возможно, а ветер превратился в воющий ураган. Зато ветки не падали на голову, это был хоть маленький, но плюс. Выйдя за пределы аллеи, они остановились и стали осматриваться, стараясь хоть что-то разглядеть за пеленой дождя и одновременно боясь что-то увидеть.
– Пойдем к озеру, – прокричала Аннета, – я думаю, нам туда!
Рита молча кивнула, но когда подруга устремилась вперед, она не сдвинулась с места и лишь крепче сжала ее руку. Аннета повернулась и вопросительно посмотрела на спутницу.
– Обними меня! – слова почти потонули в реве стихии. – Я… Просто обними меня сейчас!
Слезы потекли по щекам, смешиваясь с дождем, но в отличие от воды, падающей с неба, они были теплыми, пускай всего секунду.
Аннета кинулась в объятия подруги, они крепко, как перед последней битвой сжимали друг друга и дрожали от холода и слез. Над головой снова разорвалось небо, и на этот раз ослепительная вспышка и запах озона как будто поглотили их на мгновение. Молния ударила куда-то совсем рядом, но ни Рта, ни Аннета не стали смотреть, куда, просто стояли и сжимали друг друга в объятиях, закрыв глаза и оплакивая все то, что произошло за эти месяцы и все то, что им еще предстояло пережить.
А может, мы все умрем здесь, подумала Рита, может, аура монеты распространяется и на тех, кто рядом с ее жертвой. Если так, нам хоть не придется… Додумать она не смогла, ее разум отказывался произносить эти слова, только на миг всплыла картинка: кладбище, они с Аннетой во всем черном возле простого гроба. Только они вдвоем, больше ведь у Антона никого не было.
Все кончено, подумала Аннета, мы проиграли, чудо не произошло. А разве они бывают? Только не в этом мире, только не с такими, как мы. Жизнь – капризная и жестокая леди, пичкающая угощениями своих карманных собачек и пинающая тощих бездомных псов. И если ты родился не в той шкуре, твой удел – всю жизнь бояться, собирать объедки с чужого стола, зализывать раны и умирать под дождем.
– Я-я-я.. я не хочу это видеть! – от сотрясающих ее рыданий Рита заикалась, губы посинели от холода, в эту минуту она сама была похожа на мертвеца, так и не обретшего покой. – Я не могу! Боже, мне так страшно!
Аннета не знала, что на это ответить, просто обняла подругу покрепче. Она и сама отдала бы все…нет,
