Девчушка вздрогнула. Пока мать отвлеклась на гостей, девушка тащила к сараю ту самую гору тряпья, оказавшуюся большой корзиной накрытой разными тряпками.
— Леюшка, солнышко. Поставь корзину на место. Сейчас мы угостим наших гостей, а после, ты вместе с Реем унесешь щенков обратно в деревню. Ты ведь знаешь, что они не могут находиться в одном доме с ящерами.
— Мам, — девочка шмыгнула носом, — хотя бы одного. Он будет жить с нами в детской.
— Лея. Ты ведь не хочешь, чтобы отец узнал об этом разговоре?
Девчушка всхлипнула, поставила корзину на землю и с плачем побежала в сарай.
— Простите, — Марта виновато улыбнулась и развела руками, — дети.
Глава 2. О гранях гостеприимства и питомцах.
Все, больше не могу есть! Сейчас лопну. Пироги и вправду оказались невероятно вкусными. Я слопала наверное свою недельную норму. Кот с Мартой больше часа трещали без умолку. Сначала я пыталась слушать, а потом поняла, что ничего не поняла и с чистой душой просто стала уплетать всё, что радушная хозяйка поставила на стол. А какой у нее травяной чай! Решено. Погода тут прекрасная, еда вкусная, да и черт с ней с этой стажировкой, останусь тут, работу найду, поселюсь где-нибудь… Да у той же Марты, места у них полно! Возможно, всё это просто галлюцинация, но какая же она классная!
— Дорогая, не одолжишь ли ты моей спутнице какой-нибудь одежды? — мурлыкнул кот. — Ее обобрали до нитки, еле отбились от лесных разбойников!
— Ну, ну, — Марта усмехнулась, — Это откуда же вы шли в таком наряде? Да и разбойников уж лет пять на основном тракте нет, тебе ли не знать? Ладно. Знаешь ведь, рыжий, что я тебя люблю, пользуешься моей добротой. Пойдем Мирослава, у меня старшая дочь примерно такой же фигуры и роста. Хоть и вышла замуж давно, переехала, да что-то из вещей осталось.
Марта повела меня вглубь дома, к спрятанной за шкафами лестнице, ведущей на второй этаж.
— Эх, выросли мои девки. Одна Леюшка осталась, радость моя, поскрёбышек.
Мы зашли в одну из дальних комнат. Ясно было видно, что эта спальня принадлежит девушке. Широкая кровать укрыта цветастым лоскутным одеялом, на полу разросшийся цветок в кадке. Напротив постели — большой комод со множеством цветастых лент, резной шкатулкой, гребнем и бутылёчками разных форм и размеров из цветного стекла. Над всем этим девичьим великолепием висело зеркало в причудливой резной раме.
— Сыновей нам Бог не дал. А несколько лет назад, как дочку среднюю замуж выдали, мы на ярмарку с мужем поехали, а там мальчишку цыганка таскала. Крошечный, вот в таком одеялке умещался, представляешь, — Марта обернулась и немного развела руки, обозначая маленькое одеяльце, — а худющий какой! И рыжий-рыжий, как солнце! Ну, мы его у цыганки и выкупили за мешок муки.
Женщина звонко рассмеялась.
— Ребёнка за мешок муки, представляешь? На вот, это померь, — она протянула мне синее, в голубую полоску платье простого кроя. Во время своего рассказа, хозяйка ловко открывала ящики комода и взглядом сравнивала меня и извлекаемые вещи.
— Это мы потом выяснили, что Рей сирота. Дом у них ночью сгорел, вся семья погибла. Один он выжил, счастливец. Так и появился у нас сын. А еще через год, неожиданно Лея родилась, мы уж и не думали с мужем, что внуки старше дочери будут.
Мне выдали еще одно платье — серое, шерстяное, цветастый платок и чулки.
— Вечерами у нас прохладно, бери. А этот платок подходит к твоим серым глазам. Да ктож тебя обкорнал-то так! Даже ленту не ввязать…
Хозяйка крутанула меня и внимательно осмотрела.
— Прости, только обуви у нас на тебя совсем нет.
— Да что вы, спасибо! А обувь у меня и так удобная, не волнуйтесь! — мне стало ужасно неловко от доброты и искренней щедрости Марты.
— Может и удобная, вот только выглядит странно. Вот, это тоже бери.
Мои, еще утром белые, кроссовки выглядели действительно необычно, по сравнению с местным стилем.
— Держи ещё сумку, будет моим тебе подарком. А то как в руках понесешь-то всё?
Сумка была красивой, побоку красовалась явно ручная вышивка вьющихся растений и необычных цветов.
— Спасибо вам большое, — не в силах перестать улыбаться, я обняла Марту.
— Друзья Мяурица — мои друзья. Люблю я этого лиса, — тепло отозвалась женщина. — Переодевайся, складывай вещи в сумку и спускайся вниз, я там подожду. И еще, — женщина обернулась ко мне, её лицо стало грустным и озабоченным, — будь с ним мягче, он ни в чём не виноват…
Мгновение и на моложавом лице вновь появилась улыбка.
— Поторопись, если не хочешь идти до города пешком.
Она закрыла дверь, и ее шаги мягко удалились, оставляя меня в полной растерянности.
***
Барс сидел на крыльце, довольно щурясь под лучами солнца. Не удержавшись, я почесала его за ушком.
— А где Марта?
— Пошла за мешками, — мурлыкнул кот, — Сейчас с города должна подъехать телега, заберут муку для королевской пекарни и, за отдельную плату, нас подвезут.
— Но у нас же нет денег.
— Не переживай, у Марты хранилась часть моих сбережений, их вполне хватит.
