Рядом с ним стояла та самая «долгожительница» среди присутствующих. Рогнеда Стасина. Посмотришь на нее, и сразу на ум приходит сравнение с русской бабой из деревни. Сисястая, в свободном светлом платье в пол, подвязанном пояском под грудью, что только подчеркивало ее объем. На голове — платок, завязанный сзади. Через плечо перекинута толстая русая коса. На лице — мелкие морщинки. При этом входит в свиту Дивы-Додолы. А эта богиня на минуточку — супруга Перуна, что способна управлять погодой. Особенно хорошо у нее выходит вызывать грозы. Да и вообще ее покровительница не из кротких. Вот и сама Рогнеда смотрит на меня прямо и чуть насмешливо, хотя и старается последнее скрыть. Для нее я — несмышленый ребенок, решивший поиграть во взрослые игры.
Далее снова бог, но тот уже молодым не выглядит никак. Суровый мужик под полтинник. Воевал в первую мировую. Погиб во время второй. Тогда же и стал духом-защитником в роду Агидельцевых, потомков богини Агидель. Этот род славится своими целителями и девушки рода, как и некоторые парни, часто идут по медицинской стезе. Вот и соратница Дормидонта была медсестрой. Мужик умер у нее на руках, когда она его на телеге доставляла в госпиталь вместе с еще двумя тяжелоранеными бойцами. К концу войны смог стать богом и активно участвовал в последующей зачистке расплодившихся темных богов. Пожалуй, у него в этом самый большой опыт из всех присутствующих.
Эльвира Митина — цыганка. Даже после смерти на ней целый ворох юбок, цветастая блузка и целый «букет» украшений: на груди, на запястьях, кольца на пальцах, огромные серьги. И взгляд такой добрый-добрый. Так и хочется сказать: погадай мне, предскажи судьбу. После чего она ласково погладит по руке, завораживающе зашепчет, и ты поверишь всему, что бы она не сказала. Погибла тоже во вторую мировую. Из-за рода своей деятельности (а основной заработок у не был как раз всяческие гадания, наговоры, порча, сглазы — внешность в этом совсем не врала) о мистической стороне знала и до своей смерти. Несмотря на отсутствие способностей, искренне всегда хотела помогать людям, а не «тупо разводить на бабло», как сейчас говорят. Поэтому, когда познакомилась с молодой девчонкой-медиумом из рода Свияновых, легко сошлась с ней на почве близких взглядов на жизнь. А от нее уже и настоящие божественные символы узнала, что позволило ей качественно повысить свои «услуги». Во время войны подруги вместе работали во вражеском тылу, каким внезапно стала Беларусь. Это же и сгубило Эльвиру. Ее вычислили, а потом показательно сожгли. Подруга этой же ночью сделала Эльвиру своей защитницей, и потом они еще полгода партизанили вместе, повысив свою эффективность благодаря нематериальной сущности Эльвиры. Но все равно затем попались, и подругу убил немецкий медиум. Эльвире удалось сбежать — к тому моменту она уже достигла ранга Ходок. Также к концу войны стала богом, но вот темных богов на ее счету всего один.
И последняя — Антонина Белоглазова. Бывшая крестьянка. Лицо худющее, щеки и глаза впалые. Сама тоже телосложением не блистает. Полтора метра роста с жидкими черными волосами с проседью. Серое платье до колен с длинными рукавами без узоров и какое-то словно пыльное. Взгляд усталой, но упрямой женщины. Голова не покрыта — насколько я знал, ее изнасиловала рота немецких солдат во вторую мировую, после чего от нее отвернулось все село. Отсюда и отсутствие платка. Муж погиб на той же войне. Старший ребенок умер от голода еще за двадцать лет до этого. Двух младших дочерей сожгли на ее глазах сразу перед тем, как пустить ее по кругу. Как она после этого не наложила на себя руки — ума не приложу. Но факт. Не только не наложила, а еще и сумела как-то пробраться к той самой роте солдат через неделю в дом, где их разместили, предварительно облив его бензином, и взорвать гранату внутри. Так с ними вместе и погибла. А на следующий день деревню, где это происходило, взяли наши солдаты, среди которых был и ее будущий медиум-соратник. Как он потом сказал духу умершей женщины — если бы не она, им бы это не удалось. И, несмотря на все выпавшие на ее долю испытания, она не озлобилась и не стала темной. Даже не знаю, как это возможно. Я бы точно не смог.
