Его выражение не изменилось и тогда, когда он обернулся к Драгниру. Тот, по всей видимости, был уверен, что его ждет та же судьба, но готов был встретить ее бестрепетно. Он понимающе чуть склонил голову. Однако, вместо того чтобы выстрелить, Антей протянул вперед свободную руку. Волк понял и этот жест. На раскрытую ладонь лег ключ управления огневыми системами корабля – своего рода знак власти легионера на этом судне. Только после этого Антей прорычал приказ Волкам, стоящим в той группе, у которых не было цепного оружия. Сигурд понял, что эти Волки обладали энергетическими клинками, потому и не попали под подозрения брата.
- В карцер его. И выпустите сыновей Лоргара.
Драгнир не сопротивлялся и не проронил ни слова, когда уходил. Волки не коснулись его и пальцем, все еще уважая одного из своих вожаков и мало, что поняв в этих разборках. Сигурд, впрочем, тоже едва ли мог понять. Когда все Волки покинули палубу, он подошел к брату.
- Как такое произошло? Их стоило допросить.
Антей холодно улыбнулся.
- Ты допрашивал. Только твой метод оказался неэффективным, не так ли?
Признавать правоту Волкодава было тяжело, но необходимо.
- Возможно, ты прав. Что ты будешь делать с Драгниром?
Выдохнув сквозь сжатые зубы, Антей посмотрел вслед ушедшему конвою.
- Он заговорит. Или ты его заставишь, или я, но он заговорит.
- А если он не виноват?
Антей помедлил с ответом, понимая, как тот прозвучит.
- Я сомневаюсь.
- То есть, ты уже принял решение обвинить его? Тогда почему ты не вынес приговор и ему?
Сигурд едва успел договорить, когда в стену рядом с ним врезался огромный кулак, и в воздух брызнули осколки композита. Опасно близко к лицу оказались бритвенно-острые клыки и желтые, горящие как звезды, глаза с вертикальной щелью зрачка. Глаза рептилии, смертоносной и разъяренной.
- Проклятье, Сигурд. Что ты от меня хочешь? Какие доказательства тебе еще нужны? Что я еще могу сделать? Единственное, что я могу делать максимально эффективно – убивать. Допросы всегда были твоим делом. Так приложи весь свой талант, чтобы допросить одного единственного легионера. Узнай правду, и я приму ее, какой бы она ни была. Я могу убить его за то, что совершили его люди. Покажи мне иную возможность и помоги принять иное решение. Если он не виновен – он останется жив.
Выговорившись, Антей отошел в сторону.
- Займись этим. Поставь точку в этом деле.
Сигурд проводил его взглядом.
- Ты понимаешь, что ты говоришь?
Волкодав медленно развернулся.
- Что я говорю?
Младший вожак пошел навстречу брату.
- Ты ведь знаешь, как я допрашиваю. Ты, твой зверь – вы чувствуете это. Ты знаешь, что в большинстве случаев это верная смерть, а для тех, кто все же выживет, гибель кажется милосердием. После всех этих лет, когда вы дрались бок о бок, ты хочешь для него такой судьбы? Если да – ступай к нему и убей его своей рукой. Я более, чем уверен – он не станет сопротивляться. Он не был так предан своему примарху, как предан тебе. Но как ты будешь жить дальше, если убьешь его? И сможешь ли убить его, глядя ему в глаза? Ты, не колебался, прикончив этих Волков, но ты не смог сделать этого с ним. Ты сомневаешься в его вине и не хочешь замарать руки его кровью, не так ли? Я вижу твои мысли. Твои сомнения. Ты не уверен в том, что он хоть как-то причастен к этому.
С тихим рычанием Антей сжал кулаки.
- Ты хотел ответов на вопросы – так получи их сам. Если тебе не нравятся мои методы – используй свои. Если ты жалеешь его – допроси, не убив. И не надо рассказывать мне о его преданности, я знаю ее меру. Ты считаешь, что он просто так признал меня вожаком? Но ты не знаешь его. Ты не знаешь ничего. Несколько лет назад ты сам пытался прикончить его, помнишь? Несколько раз. Я тогда помешал тебе.
Озадаченный, Сигурд застыл на месте. Антей злобно ухмыльнулся.
- Да, Сигурд. Ты не знал ничего. Ты клялся, что убьешь тех, кто чуть не прикончил меня в карцере. Тех, из-за кого у меня появились такие великолепные волчьи глаза. Помнишь?
Младший вожак, все еще задумчиво кивнул, потом на его лице явственно нарисовалось понимание.
- Это Драгнир?
Видя болезненное удивление младшего брата, Антей вновь улыбнулся.
- Это Драгнир. И Олаф. Забавно, не так ли. Они изменились. Стали верными – но на деле или только на словах? Я был единственным, кто все эти годы знал правду. Примарх, конечно, тоже знал, но он сам дал мне выбор – сохранить их жизни или забрать. Все эти годы я ждал, что они покажут истинное лицо. Я дождался этого. Попомни мое слово – Олаф тоже выдаст себя. Я в этом уверен. Ты давал слово, Сигурд. Ты клялся уничтожить их. Потом ты дал слово, что станешь хорошим вожаком. Пришло время сделать выбор. Или не выбирать. Тебе решать.
Впервые в жизни видя брата таким, Сигурд отшатнулся. В его взгляде появилось презрительно-брезгливое выражение.
