Дар демона полностью

Арон сделал назад шаг, другой, пытаясь взять себя в руки. Возможно, потеря Силы временна. Но даже если нет – всю прежнюю жизнь он прожил без магии, сумеет и сейчас. Нужно лишь не обращать внимания на гложущую пустоту внутри.

Мэль тем временем, не рискуя повернуться к Арону спиной, протянул руку назад и вновь попробовал коснуться двери. Барьер стоял.

Какое-то время они молча смотрели друг на друга.

– Поговорим? – наконец предложил полукровка.

Руку еще резали фантомные остатки боли, в горле еще стоял кисло-соленый вкус собственной крови – боль, вызванная Темной магией, не просто причиняла страдание, она убивала. Нет, нескольких мгновений для этого недостаточно, недостаточно даже для того, чтобы серьезно повредить внутренности, в этом Мэль не сомневался. Но последствия останутся и будут ощущаться еще несколько дней – если эти дни он проживет.

Арон стоял напротив, на расстоянии восьми шагов, лицо – бездушная маска, глаза, обычно темно-серые, посветлели до прозрачности. Они всегда отсвечивали леденистым голубым светом, когда маг злился. Сейчас Арон не просто злился, он был в ярости. И не последняя тому причина лежала стеклянными крошками у ног Мэа-таэля – поделка деда, так удачно отданная ему стариком именно сегодня. Разбившись, кристалл образовал барьер, преграждающий доступ как к Темному, так и к Светлому источнику – универсальная защита против любых магов. Будь они на открытой местности, Арону хватило бы отойти шагов на пятнадцать, и магия бы вернулась. Но не в комнате с запечатанным выходом.

Рукояти любимых клинков в руках принесли некоторую уверенность. Впрочем, Арон тоже был вооружен. Как всегда. Мэа-таэль не сомневался: маг, как и он сам, даже спит с кинжалом под подушкой. А последние тренировки, после случая с кровью солнечной гидры, доказали: по навыкам и скорости они стали примерно равны.

Доводить до драки Мэль никак не хотел. Хотя бы по той причине, что после бессонной ночи и проведенного на ногах дня шансы свои полуэльф оценивал невысоко. Магу хорошо – даже сейчас, лишенный доступа к Силе, он выглядел таким свежим и отдохнувшим, словно всю ночь провел в мягкой постели.

– Поговорим? – предложил полукровка.

Не самое умное, не самое оригинальное, но другое в голову не пришло – слишком уж быстро все случилось. Да, Мэа-таэль ожидал разоблачения, но не сегодня. Отчего-то казалось, отвечать перед Ароном придется только после того, как полуэльф запустит все свои планы. Или не придется. Мэа-таэль очень надеялся на последнее.

– Поговорим, – согласился Арон. – Скажи для начала, кому ты продал меня?

– Ты не так все понял, – запротестовал полукровка, больше от отчаяния, чем в реальной попытке заставить мага поверить себе.

– Возможно. – Темный слегка наклонил голову, изучая Мэля, как любопытную букашку, будто раздумывая, прихлопнуть сейчас или немного погодить. Знакомый взгляд.

Вдоль позвоночника скользнула ледяная крошка предчувствия – нет, Мэа-таэль не боялся смерти, никто в его семье не умирал от старости. Он боялся умереть в одной из лабораторий мага, лишенным человеческого достоинства, превращенным в объект для очередного эксперимента. Разобранным на части, как бездушный механизм.

– Возможно, – повторил Арон. – Объясни, друг мой, как именно мне следовало понять?

– Почему ты хотел связать меня? – вопросом на вопрос ответил полукровка. – В чем я провинился?

– О, ты не знаешь? – Арон холодно улыбнулся, и рука Мэля помимо воли вновь скользнула за спину, еще раз проверить барьер. – Однако воспротивился ты резко.

– Когда меня пытаются схватить, я всегда сопротивляюсь.

– Допустим, – неожиданно согласился Темный. – А вот это, – маг кивнул на осколки кристалла, – нашлось у тебя совершенно случайно?

– После «поводка», – это слово прозвучало с искренней горечью, – я решил, что дополнительная защита не помешает. У меня нет желания гибнуть из-за твоей паранойи.

– Подарок деда? – уточнил маг, и Мэль только пожал плечами. – Пусть так, – вновь кивнул Арон. – Тоже объяснимо. Было бы наивно с твоей стороны работать на Темного и не предусмотреть путей отхода. Но хватит с играми. Я знаю про Альмара.

– Что? – Мэль сумел сохранить на лице маску искреннего недоумения, но по спине вновь пробежал выводок ледяных муравьев. – О чем ты говоришь?

– Ты все понял.

– Нет, Арон. Я не понимаю, к чему ты ведешь.

Маг вздохнул, но взгляд остался таким же острым и холодным.

– Я восхищаюсь твоими способностями к лицедейству, друг мой, но во всем нужно знать меру. Я нашел сына. Я выяснил: тебе давно известно о его местонахождении. Меня интересует, кому ты продался, чем тебе заплатили и для какой цели вам потребовался мой ребенок?

Требовалось ответить, сказать нечто, доказывающее его невиновность, но в мыслях воцарилась гулкая пустота, и пока Мэа-таэль судорожно подыскивал контраргументы, молчание затянулось.

– Ну же, Мэль, облегчи душу.

– Я не предавал тебя, – выдохнул он наконец, когда тишина стала невыносимой. – Не предавал!

– Тогда почему лгал мне про сына? – мягко спросил маг.

– Потому что это казалось единственным способом защитить его.