- Не должен, а можешь, - рассудительно поправил его Ресан. - Если захочешь. Я ведь не навязываюсь, а предлагаю. Вдвоем путешествовать веселее. И лошадей у тебя тоже две.
- Путешествовать? - Венд хмыкнул. - Допустим то, что я собираюсь куда-то ехать, и ежу понятно. Но с чего ты взял, будто наши дороги совпадут?
- До самой излучины Трирты дорога только одна, - возразил парень. - Это почти неделя пути. Со всех остальных сторон - озера и болота, где даже пешком не пройти.
Венд хмуро глянул на умильно-рассудительную мордашку мальчика, а потом неожиданно для себя махнул рукой, соглашаясь. Путешествовать одному действительно не хотелось. Возможно, парень не врет насчет побега, только никакой он не чтец, а один из заложников. А если обманывает, если он вражеский подсыл, то непонятно, с чего это Тонгил сработал так топорно, если мог просто наложить на своего бывшего пленника следящее заклинание. Но все же, если подсыл, то оружие у Венда всегда под рукой...
Мальчишка выглядел донельзя довольным, чуть ли не светился от радости, и от этого, наверное, невидимый вредный бесенок начал подталкивать мужчину.
- Ты, надеюсь, храбрый парень, - произнес он небрежно, наблюдая, как Ресан отвязывает поводья у выделенной ему лошади. Юноша замер, обернулся, настороженно глядя на воина:
- А что?
- Не побоишься ехать рядом с пр
Бывший чтец благородного Аримира вздрогнул:
- То есть как, с пр
- Ты ведь не думаешь, будто Тонгил меня просто так отпустил? - Венд криво усмехнулся. - Темные маги приступами благородства не страдают.
- Какое проклятие? - жалобно спросил Ресан.
Воин пожал плечами:
- Этого маг не сказал. Сюрприз решил сделать.
- Значит, ты можешь превратиться в чудовище? - подросток заметно побледнел. - Или начать всех вокруг убивать? Или...
- Ну да, примерно так, - прервал его Венд. - Если передумал, уходи. Можешь даже забрать лошадь.
Ресан сглотнул и перевел взгляд на амулет. Вздохнул:
- Он все равно на тебя показывает. Я останусь.
Глава 18
.
Не самое приятное прощание с бывшим лучшим другом наложилось на бессонную ночь и скопившееся напряжение. Просто ломоту в висках еще можно было перетерпеть, но не вместе с накатившей тоской. Попытка поймать дневной сон ни к чему хорошему не привела, и, немного помучившись, Арон отправился бродить по замку.
При его приближении стража вытягивалась по струнке, слуги испуганно замирали, а чаще пытались исчезнуть в ближайших боковых проходах, отчего настроение мага портилось еще больше. И ноги сами понесли его вниз, в подземелья.
Там казалось тихо, спокойно, красиво. По стенам золотом вились руны, украшенные изящными загогулинами - по моде седых, еще до Первого Императора, времен. Такое архаичное написание Арону в детстве показывала мать - и в душе всколыхнулась волна грусти.
Несколько минут он простоял в задумчивости, водя ладонью по рисунку ближайшей руны, потом вернулся к лестнице. Без Мэля обходить камеры казалось бессмысленно, не расспрашивать же самих заключенных, почему они оказались в темнице. И рядовым стражникам лучше не знать о внезапной забывчивости господина. А вот для осмотра лабораторий Темного мага свидетели были как раз ни к чему.
Вновь спуск в темноте лестничных переходов, где почти бессильны человеческие глаза. На их место заступают другие чувства, прежде безмятежно спавшие. Ноги знают, что в ступени широкая выбоина, и легко переступают опасное место. Потолок резко понижается, и тело прежде, чем разум успеет отдать нужный приказ, сгибается в поклоне каменной притолоке. Обоняние приобретает небывалую чуткость, подсказывая: впереди - живое существо, но не человек. А затем и глаза видят вдалеке отсвет огня...
Арон замер, потом встряхнул головой, поняв: желтую точку факела держал эльфенок. Тот самый младший сын князя Лазоревой долины, похищенный его предшественником для удовлетворения своих сомнительных пристрастий.
*****
Тималь дарэ-Орес со вздохом отошел от дверей последней лаборатории. Ни в одну из них, даже при помощи присланных из дома амулетов, попасть не удалось. Похоже, отец переоценил силы своих магов и недооценил Тонгила. В который уже раз... Теперь придется вновь идти по этим жутким переходам, молясь Солнечному, чтобы не столкнуться ни с кем из охраны.
В темноте Тималю почудилось движение, он резко развернулся, вглядываясь в сумрак, и тоскливо подумал: лучше бы ему было встретить десяток стражников.
Тонгил стоял в нескольких шагах, рассматривая юношу с абстрактным интересом, словно не живое существо из плоти и крови, а некую магическую формулу, подлежащую расшифровке. Эльф хорошо знал этот взгляд, не раз видел его направленным на тех, кто вызвал недовольство господина, и помнил, как заканчивался жизненный путь бедняг. Следовало как-то объяснить свое присутствие возле драгоценных лабораторий мага, но все заранее придуманные отговорки вылетели из головы.
- Я... - пробормотал он. - Я просто....
- Да? - маг вопросительно приподнял брови, но продолжения не дождался и укоризненно покачал головой:
- Неужели захотел приобщиться к Темному искусству?
