Наконец-то мне удалось его увидеть. Наследник Древнего рода обладал длинными пшеничного цвета волосами, заплетенными в толстую косу, которая спускалась до самых колен. Профиль Райга Древнего был идеальным. Прямой лоб, изящная дуга золотистых бровей, высокие скулы, прямой нос и чувственные губы. Оделся правитель в белые одежды, а на плечи накинул ярко-красную мантию, расшитую золотой нитью. По ее подолу шел волнистый узор, означающий воду – поток, который раньше уничтожал Сарем, а на спине виднелся знак мира – сферы, от которой исходили лучи света.
На голове Райга покоилась тяжелая корона с инкрустированными рубинами. Когда он к нам повернулся, чтобы окинуть асигнаторов взглядом, камни ослепительно сверкнули, однако не они больше всего меня поразили, а его глаза удивительного фиалкового цвета. Взгляд Райга был мягким, теплым, в то же время строгим и пытливым, а концентрации власти в нем мог бы позавидовать даже Змей.
Сердце екнуло в груди, когда Райг немного дольше задержал на мне свой взор. Глядя в его удивительные глаза, я взволнованно стиснула юбку и тихо выдохнула, когда правитель вновь отвернулся к выходу.
– Я требую, чтобы меня немедленно пустили! – продолжала кричать женщина. – Пусть он знает! Знает, что… Что я все знаю! И всем об этом расскажу! Лжец! Вы все лжецы…
– Пустите ее, – холодно потребовал Райг.
Стражи резко расступились, и в зал ввалилась – буквально рухнула на пол – замарашка. Всклокоченная и перепачканная грязью, она быстро поднялась и резво бросилась к трону. Стражи мигом выступили вперед, перекрывая ей путь, отчего оборванка повисла у них на руках и прошлась ненавидящим взглядом по ряду асигнаторов. Я чуть воздухом не подавилась, когда она ткнула в меня трясущимся пальцем.
– Ты-ы-ы… – прошипела женщина. – Я нашла тебя!
Все внимание присутствующих было теперь приковано ко мне. Даже Райга.
– Кто это? – шепотом поинтересовался Змей.
– Н-не понимаю, – побледнев, ответила я.
А сама пригляделась лучше. Женщина давно не мылась, и ее волосы превратились в пыльное гнездо на голове, но можно было угадать их светлый цвет. Я подалась немного вперед, разглядывая черты ее лица и мысленно отделяя смутно знакомый образ от грязи.
– Не можешь узнать? – прокаркала замарашка и взвыла, протягивая ко мне скрюченные пальцы. – Убийца! Детоубийца! Забыла обо мне? Спрятала шрам и думала, я тебя не найду?
– Мора… – сокрушенно выдохнула я, узнав ее по карим глазам.
И ринулась на помощь, когда стражи ее грубо оттолкнули, отчего Мора рухнула на пол, но Змей не позволил мне приблизиться. Он остановил меня рукой и оттеснил обратно в строй асигнаторов.
– Ваше Величество! – рухнула на колени Мора и припала к земле. – Молю о справедливости и возмездии!
– Хм? – задумчиво промычал Райг и дал ей знак продолжать.
– Эта…особа!
Она снова ткнула в меня пальцем.
– Она убила моего ребенка! Моего малыша!
Мора жалобно прохныкала и церемонно прижала пустые руки к груди. Стала размеренно покачиваться, будто убаюкивала душу малыша, спрятанную в ее стиснутых кулаках.
– Она утопила его! Обещала, что все будет хорошо. Просила поверить, говорила от лица ловцов и убила моего ребенка! – навзрыд проорала Мора. – Неужели…
Она хрипло и мучительно выдохнула, будто ее горло нестерпимо саднило.
– Неужели вы, правитель страны и заступник народа, позволите подобным монстрам служить в рядах асигнаторов? Осквернять ее устами волю вашего Праотца?
– Мора, – снова вымолвила я и потянулась к ней, но тут же беспомощно опустила руку.
Внутри все горело от боли прошлых воспоминаний и необъятной печали. Хотелось разразиться рыданиями, но я только опустила взгляд в пол, чтобы не видеть женщину. Не видеть ухмыляющегося Клавриса. Ливиона. Осуждение и любопытство на лице Грасдис. Ярость Ривара и озадаченность Талины. Змей же стоял ко мне спиной.
– Ваше Величество! – вновь взмолилась Мора. – Проявите благоразумие! Позвольте справедливости восторжествовать. За моего ребенка… Мальчика…
– Моя скорбь столь же велика, как ваша, – заговорил Райг, уверившись, что дальше она ничего вразумительного не скажет, а будет только давиться всхлипами. – Потеря детей – ужасное событие, ведь они – наше будущее. Ваш сын мог стать стражем и оберегать покой жителей.
– Да, – прохрипела Мора и тряхнула грязными спутанными локонами.
– Или ловцом и хранить границу.
– Да! – почти пропищала она.
– А может, даже асигнатором. Нести на своих плечах ответственность за многие жизни, будь то мал или велик.
Здесь Мора не смогла ничего вымолвить. Только скорбно взвыла, закрывая лицо ладонями, предаваясь истерике и размеренно покачиваясь, будто вовсе позабыла, где находилась. У меня сердце защемило от ее вида. Мои руки непроизвольно сжались в кулаки, вспомнив ощущения от прикосновения к маленькому хрупкому телу младенца. А сказанные по дороге в Обитель Змеем успокаивающие слова, что я не должна корить себя за гибель ребенка, вовсе канули в пучине вины.
– Прошу тебя, – раздался голос над моей головой.
