Мир замедлился, пока мой взгляд неотрывно следил за приближающимся кулаком, как вдруг раздался крик:
– Рей!
Я узнала слабый голос капитана стражи и различила Вэла в облаке пыли, которую подняли мы с разрушителем.
Капитан из последних сил дополз до моего меча и швырнул его мне, но чуть промахнулся. Однако это заставило меня встрепенуться, и я нашла в себе силы перекатиться по земле. Услышала глухой удар там, где была мгновение назад, обогнула разрушителя и бросилась к мечу. А когда пальцы стиснули прохладную рукоять, тут же почувствовала себя увереннее.
Пора заканчивать бой, а то еще придется объясняться перед Эльмой, почему ее возлюбленный погиб, когда я была рядом.
Глубокий выдох позволил остудить горячую голову. Спокойствие растеклось по душе, мир приобрел четкие грани, и я наконец-то собралась с духом. Смело взглянув на разрушителя, который шатко ко мне развернулся, я почувствовала, как сердце застучало громче. Чаще. И затаила дыхание, когда в тягучем, точно липовый мед, времени ко мне кинулся разрушитель. Но только мой клинок собрался вгрызться в плоть врага, как вдруг предплечье одержимого опутал кнут и дернул его назад. Разрушитель громко завопил и отступил, а я разрезала пустоту и увидела за его спиной мужчину в бело-синих одеждах.
Сребровласый воин крепко держал туго натянутый кнут. Его светлые брови были грозно сведены, на висках и шее проступили вены, руки подрагивали от напряжения, а плотно сжатые губы разомкнулись и произнесли:
– Твою ж… – сверкнул он серыми глазами. – …мать!
Разрушитель отчаянно взревел, но воин в сине-белой форме не дал ему до меня дотянуться. Не выпуская кнута, он зарылся пятками в землю. На ней остались глубокие борозды, когда разрушитель протащил его вперед.
Досадливо зарычав, одержимый решил сперва избавиться от внезапной помехи. Он кинулся на воина и попытался ударить его кулаком, но тот ловко извернулся и тут же перешел к контратаке: накинул тело плети на его второе предплечье, чтобы связать руки.
– Ки-и-и… – хрипло выдохнул разрушитель и перехватил кнут.
Тяжело дыша, он рывком притянул к себе воина, после чего обрушил на него сцепленные руки, точно молот. Воин не успевал уклониться, и когда я подумала, что все, конец, он вдруг выставил перед собой руку и мягким движением отвел удар в сторону. На его скулах дернулись желваки.
– Ки-и-и! – разрушитель снова замахнулся. – На-а-а!
На этот раз воин не захотел снова подставляться под удар, бросил кнут и увернулся. Но не отступил, как я ожидала, а, наоборот, почти вплотную приблизился к разрушителю, обошел его сбоку и со всего маху зарядил в челюсть. Голова того качнулась, но не более, и уже через мгновение одержимый опять нападал.
«Не справится», – с волнением подумала я и ринулась на помощь, но воин властно скомандовал:
– Стоять! – и в тот же миг поднырнул под здоровенные ручищи, когда его попытались поймать.
За мгновение он оказался у одержимого за спиной. Пнул того под колено, опрокинув на землю. Подхватил с земли кнут и обмотал вокруг шеи. Разрушитель захрипел. Зацарапал кожу, стараясь запустить пальцы под плеть. Но в итоге отчаялся и попытался поймать воина, чтобы перекинуть его через спину, но тот, будто змея, ловко выкрутился, обнажил зубы в оскале и сильнее потянул за кнут.
Вскоре разрушитель ослаб. Его лицо покраснело, потом посинело, а взгляд нашел меня и пронзил жгучими иглами. Я увидела, как под багровой пеленой в глазах разрушителя промелькнула искра боли.
Не физической. Душевной. Как смотрел бы человек, который потерял что-то ценное.
Но разве безумцы умеют переживать? Они ведь утратили все чувства.
Разрушитель рухнул тяжелым мешком на землю, а светловолосый воин перестал его душить, выпрямился и колючим взглядом окинул поле боя.
– Что уставились?! – прикрикнул он на уцелевших стражей. – Заприте его в клетку!
Те сразу же ринулись к обмякшему одержимому. Схватили его под руки и поволокли прочь.
– Понабирают сброд, – выругался воин, отряхиваясь от пыли. – А мне с ними нянчиться.
Резкими движениями он свернул кольцами кнут и прикрепил его к поясу. Я же не стала дожидаться, когда он обратит на меня внимание, и подбежала к капитану стражей:
– Вэл!
Тот лежал на земле и тяжело дышал. Его рубаха на спине пропиталась кровью, а сквозь свежие прорехи виднелись ссадины с багровыми синяками. Зря Вэл не надел кольчуги, но, главное, жив. Все остальное пройдет.
– Ты как?
– Будто заново родился, – прокряхтел он. – И, чтоб заплакал, повитуха со всей дури долбанула меня о стену.
Я усмехнулась и помогла ему сесть. Если Вэл шутит, значит, жить будет.
– Истинский демон! – процедил он сквозь зубы, когда прилипшая к ранам ткань рубахи сместилась.
Я поморщилась от его ругательства, а Вэл заметил это и поторопился извиниться:
– Прости, Рей. Погорячился.
– Я не она, – коротко ответила я. – Тебе не за что передо мной извиняться.
– Тоже верно, – прокряхтел Вэл. – Но все равно прости.
Я вздохнула. Истином называли столицу Вельнара – страны разрушителей, а Истинским демоном – их королеву Рейнару.
