Бьянка приободрила оставшихся мужчин, пообещав все уладить. Граф, переглянувшись с Мадленой, тоже вышел из шатра.
Как он и думал, Николь еще не вошла к себе, стоя на границе света и глядя в темноту.
-- Меня ты не обманешь своим напускным безразличием, - сказал граф, приблизившись.
-- Это ты имел в виду, когда делал все те намеки? - спросила девушка, обернувшись и позволив эмоциям овладеть ей. Играть перед Кристианом действительно было бессмысленно.
-- Думаешь, он плохой король, потому что не хочет воспользоваться таким удобным предлогом? - продолжала она. - Что нужно было стать зятем халифа, и с его помощью отвоевать Вандершир? А меня, как жертву, бросить?
-- Нет, я вовсе ни это имел в виду, - заверил ее граф. - Думаю, он не стал бы заводить с тобой отношения, если бы намеревался породниться с халифом.
-- Я не понимаю тебя, - Николь вернула самообладание. - В чем же ты его обвиняешь?
-- Я не намерен обвинять его, - Кристиан подошел ближе и понизил голос. - Поверь, меня волнует только твоя судьба.
-- Так, может, ты его защитишь? Ты уже пытался это делать, - девушка не сводила с него испытующего взгляда.
-- Прошу, успокойся и послушай меня, - граф взял ее за руку. - Я твой друг. Я не стал бы пытаться разлучить вас, если бы он был достоин тебя. Ведь я сам просил забыть меня и начать новую жизнь.
-- Значит, он недостоин? - Николь страшно раздражал его дружеский тон, это участие в ее судьбе, после всего.
-- Почему ты так доверяешь ему? - прямо спросил граф. - Ведь тебя так часто обманывали. Вспомни Джонатана. Разве он не был твоим другом?
-- Это несправедливо, - девушка опустила глаза. - Я не могу всю оставшуюся жизнь избегать людей, только потому что меня однажды предали.
-- Ты можешь верить, но почему ты перестала доверять мне? - граф привлек ее к себе, взяв за плечи. - Разве я подвергал тебя опасности? Разве целью моего существования не было твое благополучие и счастье?
Николь молчала, не глядя на него, но чувствуя его негодование и обиду.
-- Послушай меня сейчас, - попросил он, взяв ее за подбородок и повернув лицом к себе.
-- Хорошо, говори, - решительно ответила она, выдерживая его взгляд и оставаясь холодной.
-- Мы подозреваем, что Виктор хочет оставить тебя халифу, как плату за помощь в войне, - сказал граф, отпустив ее.
-- Что? - переспросила она, надеясь, что ослышалась. - Вы подозреваете? Кто вы?
-- Я и Мадлена, - ответил граф.
Николь потеряла весь запал, услышав имя еще одной подруги.
-- Мадлена? Она так думает? - принцесса не могла уложить все это в голове. - Я не верю. Пусть сама мне скажет.
-- Зачем? Ты считаешь, я стал бы врать? - Кристиан отступил на шаг. - Ты так обо мне думаешь?
-- Вы не знаете его, - ответила Николь после паузы. - Мадлена судит о нем, как о Теодоре, как о королях Холоу, а Виктор не такой.
-- Ты всегда знала, как выгородить любого негодяя, пока он не приставит тебе нож к горлу, - вздохнул Кристиан. - Но однажды я не успею спасти тебя.
-- Не нужно больше меня спасать, - сказала девушка тихо, опустив голову. - Если Виктор готов заплатить эту цену, то и я готова. Ты был прав, Вандершир важнее меня. Это даже слишком малая плата за помощь Иджу.
-- Ты с ума сошла? - Кристиан схватил ее за руку. - Я не позволю.
-- Ты сейчас же дашь мне слово, что кроме вас с Мадленой об этом не узнает никто, - сказала она твердо. - Вы не станете мешать Виктору, что бы он ни делал. Даже если он прикажет отдать меня Лоакинору, как подарок.
-- Николь, ты в своем уме?! - граф смотрел на нее, поражаясь ее хладнокровию и самообладанию.
-- Обещай, клянись мне! - принцесса смотрела на него непреклонным жестким взглядом, ожидая ответа. - Иначе я сейчас же все расскажу ему, и вас закуют в цепи, как государственных преступников.
-- Нас? Ты закуешь меня в цепи? - Кристиан отрицательно замотал головой, не желая верить ей.
-- Обещай! - крикнула Николь, бледнея.
-- Приказывай, и пусть он прежде узнает, что его подлый план раскрыт, - ответил граф, сложив руки на груди.
-- Хорошо, ты победил, - сдалась она, но взгляд нисколько не смягчился. - Стройте свои козни, спасайте меня, раз уж я вам так дорога. Но я буду делать все, что в моих силах, чтоб помочь Виктору, какими бы ни были его намерения.
-- Николь, - Кристиан, казалось, умолял. - Почему? Откуда такая верность?
-- Тебе не понять, - она горько усмехнулась. - Я люблю его и доверяю ему. Доверяю больше, чем себе. Потому что, ты правильно заметил, я часто ошибаюсь. А он не ошибается никогда.
-- Все когда-нибудь ошибаются, - возразил граф.
-- Если он решит, что для Вандершира будет лучше, если я стану наложницей халифа, я стану, - Николь почувствовала, что на глаза навернулись слезы. Она все же сомневалась, граф добился своего.
-- Я не позволю, - ответил он.
-- Ты был бы плохим королем, - девушка поспешила уйти, чувствуя, как слезы затуманивают взгляд.
