– Как ты думаешь, откуда здесь этот люк? – спросила она бодрым тоном, чтобы показать, что она совсем не плачет и вообще держит себя в руках.
– Они тут в каждом коридоре как раз на случай затопления, – раздался голос Никиты, и, обернувшись, Ева увидела, что он стоит в паре метров от них, мокрый и тяжело дышащий.
– И ради чего было это все? – спросил Никита.
Ворон, хрипло каркнув, слетел с его плеча и приземлился на скобу в стене.
– Ради того, чтобы вернуться домой, – очень серьезно сказал Валера.
– Поздравляю. У вас не получилось, – сообщил Никита, отбрасывая мокрые волосы с лица.
– И вы заплатите за это, человечки, – хрипло каркнул ворон.
– Как вам удалось так быстро сюда выйти? – спросил Никита и протянул руку Еве, чтобы помочь подняться.
После секундного колебания Ева сжала его холодные пальцы. Радовало только то, что волшебный Никита дрожал от холода ничуть не меньше, чем неволшебные они.
Не дождавшись ее ответа, Никита заметил:
– Это нечестно, Ева. Ты вовсю пользовалась возможностью задавать мне вопросы, а сама молчишь.
– Ты будешь рассуждать о честности? – искренне возмутилась Ева. – Ты украл шапку-невидимку, ты соврал нам, что ее нет в замке, ты затопил подземелье водой!
Ее начало запоздало трясти от страха, а еще от нахлынувших эмоций.
– Лика с Женькой пропали! Немедленно найди их!
Никита удивленно на нее уставился.
– Ты мне приказываешь? Ничего не напутала? – Он вдруг перестал казаться милым. – Я пытался выстроить диалог. Я пытался сделать так, чтобы никто не пострадал. Но вы же вообще не слушаете!
– Ты пытался задержать нас здесь на девять дней и девять ночей! – возмущенно выпалила Ева. – Скажешь, не так?
Никита отбросил мокрые волосы с лица, несколько секунд оглядывал подземелье так, будто они находились в картинной галерее, а потом повернулся к Еве.
– Все так, – кивнул он. – Но ничего этого не было бы, если бы вы просто были готовы договариваться.
– С тобой? – Валера, успевший подняться с пола, сложил руки на груди и близоруко сощурился.
– Со мной. С моим отцом. Нечего было вообще за мной в наш мир тащиться.
– Ты украл собственность академии! – повысил голос Валера.
– Да тебе-то какая разница? – в свою очередь повысил голос Никита.
– Это важно для Женьки! Ясно? – заявил Валера.
– А вы прям друзья? Вы познакомились меньше недели назад.
– Это ничего не меняет. Мы друзья, – встряла Ева.
– Дружба заканчивается, когда в игру вступает личный интерес. Где ваши хваленые друзья?
– Ты их утопил! – закричала Ева.
– Человек, в чьих руках лунный свет, не может погибнуть. К тому же, если бы хоть один из них утонул, здесь бы уже давно плясали русалки. Образно говоря, конечно. Но пели бы и веселились точно. Да и самих утопленников что-то не видать. А знаете почему?
Ни Ева, ни Валера не ответили, но Никиту это не смутило:
– Потому что они свалили домой.
– Ага. Ты бы явно так и сделал, поэтому судишь по себе, – вскинув подбородок, заявил Валерка.
– Хватит! – каркнул ворон. – Довольно ты разговоров с ними вел. Если так уж не хочешь их убивать, пусть остаются здесь. Заберешь, как выйдет срок. Там уж они никуда не денутся. Пошли за остальными.
Перед Евой вдруг взметнулось алое пламя, и они с Валеркой, отшатнувшись, едва снова не грохнулись на пол.
– Корвин! – предостерегающе произнес Никита. – Я понимаю твое желание их убить. И ты в своем праве. Но отец позволил им уйти. Не нужно навлекать его гнев.
– Думаешь, потеря шапки не вызовет его гнев? Мальчишка!
Никита вздохнул и молча направился к стене. Он взмахнул рукой, и рядом с ним появилась деревянная лестница. Приставив лестницу к люку, он, как и в прошлый раз, проверил ее прочность, а потом шагнул на нижнюю ступень и на миг оглянулся. В его взгляде было разочарование. Все так же не говоря ни слова, Никита выбрался из подземелья, и ворон вылетел за ним, напоследок взмахнув крыльями перед лицами Евы и Валеры с такой немыслимой силой, что их отбросило к стене.
– Что будем делать? – спросил Валера, когда люк со скрежетом захлопнулся.
– Мне кажется, он не оставит нас здесь на три дня. Мы же умрем от голода.
– Он? Не оставит? Ев, он псих!
Она покачала головой. Холодная коса скользнула по шее, и Ева попыталась отжать волосы.
– Мы можем поискать дорогу или кого-нибудь призвать. Только в прошлый раз здесь была всякая нечисть, – дрожащим голосом закончила она.
Валерка провел ладонью по стене, потом смахнул с руки капли и не очень уверенно произнес:
– Может, она вся сбежала подальше от того апокалипсиса, что Никита тут устроил.
– Как ты думаешь, Лика с Женькой смогли выбраться?
Живые Лика и Женька были в любом случае лучше, чем утонувшие, поэтому Еве нравилась эта мысль. Не нравилось только то, что их отсутствие здесь подтверждало слова Никиты: «Дружба заканчивается, когда в игру вступает личный интерес». Но разве это правда?
– Женька должен вернуть шапку дяде. Это важно, – глухо сказал Валера, будто, как и Ева, мысленно спорил с самим собой.
