Когда мне было лет восемь, старик маггл, который навещал в больнице внука, лежавшего со мной в одной палате, рассказал мне, что мы проживаем не одну жизнь, а несколько. И если мы много грешили в прошлой, то в этой нас будут преследовать многочисленные несчастья или у нас будет много обязанностей. Наверное, я очень много грешил. Иначе как объяснить тот факт, что не любя людей и имея достаточно малое желание с ними общаться, я все время оказывался в обстоятельствах, в которых мне приходилось заботиться о ком-либо.
Письмо оказалось довольно занятным. Я не смог найти аналог только к слову drevlyanka, хотя мне и казалось, что я где-то уже слышал его. Закончив с переводом, я перечитал строки про ментальную магию. Потом пересказал их вслух. Фелиппе, который только что перенес приступ, слабо пошевелился.
Плохо, - сказал он.
Плохо, потому что этот человек – ота? – спросил я.
Плохо, что ты так наловчился переводить, - ответил он. – Тогда тебе не придется бывать здесь часто.
Мерлин мой, он, что, пытался еще и кокетничать? Я проигнорировал намек, и он посерьезнел.
Ты думаешь, что он – ота?
Я перечитал письмо еще раз:
– Похоже на то.
Фелиппе кивнул и попытался подняться:
– Иначе бы она прислала письмо позже, или отдала мне книгу завтра. Я должен был навестить ее завтра.
Ты веришь в совпадения?
Я верю в то, что иногда кто-то на небесах начинает играть на нашей стороне.
На этом его накрыл приступ, сильнейший за все время моего пребывания здесь. Частичек черной пыли в рвоте на этот раз почти не было, и я гадал, было ли это хорошим признаком или нет. Впрочем, следующие приступы должны были показать.
Спать он уже не мог от боли. Обезболивающее из-за приема противоядия ему не полагалось, и Фелиппе попросил меня посадить его, отслеживая глазами мои манипуляции с книгой.
Устроив его, я взялся переводить вторую страницу, и минут через десять вдруг обнаружил, что довольно большого количества листов в книге не хватает. Мне не нужно было даже лезть в словарь, чтобы вычислить, что было в них.
Значит, единственный способ – это провести ритуал с магией стихий, - холодно сказал я.
Фелиппе не ответил.
И книга наверняка сохранилась в единственном экземпляре, не так ли? Этот тип пергамента применялся, когда делалось не больше трех копий.
Прости, - он попытался не встретиться со мной взглядом, и в конце концов решил эту маленькую проблему, прикрыв глаза.
Кажется, я зря обвинял испанцев в доверчивости… Впрочем, умным его поступок трудно было назвать. Не говоря уже о том, что он действительно оставлял нам шанс настолько мизерный.
На что ты рассчитывал?! Существует заклинание, которое восстанавливает содержание книги.
Я обработал ее. Ты не сможешь его произнести, - прохрипел он.
Злость захлестнула меня.
Решил подстраховаться, значит?!! – выдохнул я с отвращением. – Вообразил, что я сейчас же брошусь убивать младенцев или что еще там нужно для этих ритуалов?
Его упрямое выражение лица привело меня в бешенство. Я вцепился ему в плечи, приподнял его и как следует тряхнул. Он осел обратно, словно куль с мукой, который стоял в углу нашей кухни в Тупике Прядильщиков.
Большинство приятелей Джейн так бы и сделали, - тихо сказал он. – А ты – Пожиратель смерти.
Это меня несколько охладило. В конце концов, он ничем не был мне обязан. Вот значит, что произошло между моими визитами. Он был так занят в среду – собирал информацию обо мне. Впрочем, с его связями наверняка и собирать-то не пришлось…
Бывший, - уточнил я холодно.
Северус, в моей семье, как и на моей работе, даже бывших Пожирателей не слишком жалуют.
Я отвернулся и прошел по комнате. Провел руками по грубому камню камина.
Прости, - повторил он и облизал потрескавшиеся губы. – Я пойму, если ты уйдешь сейчас.
Придурок! Я надеюсь, что до тебя когда-нибудь дойдет, что в своем стремлении, несомненно, очень благородном, помешать бывшему Пожирателю, ты лишил меня ценной информации, которая могла бы помочь тысячам людей, - сказал я, возвращаясь в кресло. В конце концов, у меня было здесь дело. А к неблагодарности я, кажется, привык еще в младенчестве. Кроме того, этого болвана следовало долечить.
Новый приступ не замедлил себя ждать. На этот раз мальчишка искусал себе в кровь все губы.
Прости, - услышал я вновь, возвращаясь к столу за очередной порцией противоядия. – Северус, это было не из-за тебя.
Мне нет дела до того, что вы думаете обо мне, синьор Арьяла, - сказал я, не поворачиваясь.
Это не из-за тебя, - упрямо повторил он. – Скорее из-за себя… Просто если секс, то какой-нибудь мерзавец… Это еще с приюта…
Я вздрогнул. Ему не было необходимости досказывать остальное, но он продолжил.
Мне было тринадцать, когда отец умер. Крестный был в тюрьме. И они забрали меня к магглам на целый год. Пока баронесса не отыскала меня…
Я обернулся. Фелиппе, казалось, меня не видел.
Иногда они приходили втроем… Двое держали, а третий… Иногда четверо, и сразу двое… А я не мог. Ни капли магии… Как будто ее и не было.
