Но почему вы просто не взяли рвотное из учебника Милгрема?! Там же дается отличное рвотное.
Дерунчик и крылья златоглазок проще купить, чем рвотный корень. Рвотный корень не отпускается студентам в Хогсмиде. Я думала, это по вашей просьбе, сэр.
По моей? Нет, не по моей… - наверное, это распоряжение Альбуса. Во времена моей учебы рвотный корень можно было купить запросто, пользоваться именно этим рвотным все равно никто бы не рискнул. Его симптомы слишком очевидны, чтобы не опознать их. Рвотный корень очень токсичен и в ста процентах случаев вызывает аллергию - на лице и шее выступает сыпь.
Сэр, вы же поможете Эрни, правда? Он и так уже наказан. Вы ведь поможете?! - в ее голосе такая всепоглощающая вера в мою доброту, что мне хочется оставить этого несчастного хаффлпаффца мучиться еще на пару-тройку дней. Впрочем, через три он, пожалуй, уже умер бы, а Поппи так и так сегодня к вечеру, когда мое лекарство не подействует, сообразит, в чем дело. Сварить же нужное антирвотное – дело каких-нибудь двадцати минут. Конечно, в эти минуты я бы лучше пообедал, но что делать с идиотами вроде Брокльхерст и Макмиллана? Вся моя жизнь в конечном итоге упирается в чей-то идиотизм…
Откуда вы вообще взяли рецепт рвотного с дерунчиком?
«Домашние зелья» герцогини Толедской, - Брокльхерст смотрит на меня с нескрываемой гордостью.
Ах да. На лестнице, помнится, она расписывала этот учебник для домохозяек во всех красках.
Принесёте на следующее занятие, - пора, пожалуй, его просмотреть, пока она не перетравила весь Хогвартс.
Разве вы не знаете? Он… на испанском, сэр.
И?
Вы читаете на испанском? – недоумение в ее глазах сменяется откровенным восхищением.
Это ни в коем случае не ваше дело, Брокльхерст.
Простите, сэр, - восхищение затухает…
Но да, я действительно читаю на испанском, - и вспыхивает вновь. Эти дурочки так предсказуемы. – И, хотелось бы знать, где вы варили ваше зелье?
Брокльхерст открывает рот и… закрывает его, испуганно таращась мне в глаза. Однако ее сознание сейчас настолько открыто, что, сфокусировавшись, я мгновенно улавливаю картинку Выручай-комнаты. Отлично. Мне вдруг становится весело.
Не хотите говорить, не так ли? Но врать почему-то тоже не хотите. Мне снять еще пятьдесят баллов с вашего факультета и сказать за вас?
Выручай-комната, - говорит она уныло.
Как вы узнали про нее?
Родители сказали. Но я никому не говорила про нее, правда, сэр. Даже Эрни.
И как часто вы там варите зелья, мисс Брокльхерст?
Ну, иногда, на неделе… Но у меня не было ни одного взрыва, сэр!
Около минуты мы молчим. Брокльхерст разглядывает мои скрещенные руки. Я разглядываю ее, точнее, встрепанные каштановые волосы над ее большим лбом и вздернутый нос. Рвотное с дерунчиком, антирвотное из учебника четвертого курса, Выручай-комната, ни одного взрыва и учебник для домохозяек по зельям... Нет, она будет слишком меня раздражать. К тому же, влюбленная раздражающая ассистентка – это раз в десять хуже, чем просто раздражающая. И где мне найти вторую Уэнделл?
Можете идти, Брокльхерст. В пять придете сюда и сварите под моим руководством антидот. Учебник вашей герцогини можете принести с собой.
Она расцветает:
– Спасибо, сэр!
В пять она, конечно, будет тщательно причесана и надушена. Проводив взглядом спину Брокльхерст, я бросаю взгляд на часы и скрываюсь у себя в кабинете. У меня еще есть около десяти законных минут на какао. Храни нас Мерлин от рано созревающих девиц!
Аппарируя к дому Фелиппе с Ричардом, я ловлю себя на том, что все еще злюсь. И вряд ли на выкрутасы идиотки Брокльхерст, таких по Хогвартсу пруд пруди, скорее, утреннее поведение Альбуса (и мое собственное) не дает покоя. Но мое, хотя и отдает чем-то унизительным, по крайней мере, не является опасным. Выходку Альбуса же иначе как идиотской назвать нельзя. А мне надо вновь поработать над уровнем контроля. Когда Темный Лорд вернется, подобный срыв будет стоить мне жизни. Мне или кому-то еще…
В Милане идет дождь. Не зная причин, по которым я легко пробиваю защитный барьер, я не решаюсь аппарировать с Ричардом прямо к дому. Мы карабкаемся вверх по косогору, пробираясь сквозь заросли сырого бурьяна, и Ричард вырубает его передо мной чем-то вроде заклинания мачете. Громадные лопухи опадают на дорожку с громкими стонами. Так и знал, что вся эта чепуха была выращена здесь искусственно, от любопытных магглов. Я иду позади, предоставляя Ричарду делать всю грязную работу. Настоящие вассал и сюзерен.
В доме Фелиппе пропускает Ричарда вперед, и его рука успевает погладить мою руку, пока я снимаю сырой плащ. Мне мгновенно становится стыдно, и я медлю подниматься по лестнице, ожидая, пока краска отхлынет от щек.
На закрепление непреложного обета у нас уходит минут 10, не более. Ричард тут же уходит: у него дела, и он будет ждать меня в Лондоне, в нашем заветном кабаке.
