Почему бы и не выдать дочь замуж за хорошего состоятельного человека с приличной репутацией? Ладно, умерла там у него жена... вы представляете, сколько женщин умирают при родах? Много, очень много.
То ребенок не так пошел, то послеродовая горячка, то еще что - дело житейское! Если б не маги, а их еще не всегда дозовешься, и стоят их услуги дорого, не каждому по карману, так и каждая вторая умирала бы. И никто не удивлялся бы. И не такое случается!
Когда Иветта сбежала, барон, конечно, был в гневе, но граф предложил ему вторую дочь, и договоренность была достигнута. Единственное, свадьбу пришлось отложить, и барон, чтобы избавиться от шуточек и пересудов, отправился в Алетар.
А тут...
Когда граф узнал о своей дочери, он не поверил. Сначала. Да и кто бы мог поверить в такое?
Маг жизни! Редкость, которую поискать и не найти - в его семье? Невероятно! Но прибыльно? Безусловно. И глупо было бы не воспользоваться таким случаем.
Когда к графу явился тот человек...
Оломар тряхнул головой, отгоняя неприятные мысли. И получилось. У графа был большой опыт, он так всю жизнь поступал. И когда узнал, что его бабка из простонародья, и когда начал догадываться про мать...
Да, он подозревал Артау, и ничего удивительного. Сам ведь рассказал барону, что мать против его брака с Иветтой, сам сказал, что она хочет занять денег...
Когда матери не стало, он начал о чем-то догадываться. Но - не расстроился. Не любил он мать, что теперь поделать. Не любил. За резкие слова, за попытки воспитывать, за... да много за что. Когда ты - младший и любимый ребенок, все тебя балуют, а кто-то пытается загнать в рамки, понятное дело, ты своего воспитателя не полюбишь.
Так что граф привычно придавил каблуком и сомнения, и совесть, и стал вести привычный образ жизни. А неприятные мысли?
А что с ними не так? Их всегда можно заглушить стаканом вина, встречей с красивой женщиной, или посиделками с друзьями в клубе.
Коридоры, коридоры...
Откуда он взялся - этот человек в простом темном платье? Но вот ведь, стоит... кажется, граф видел его в свите легата? Или нет?
Но только Оломар сделал шаг вперед, как мужчина вскинул руки.
И с пальцев его сорвался огненный вихрь.
Накрыл, поглотил... а потом ничего и не было. Только обгорелые кости на полу, в том числе и кости убийцы.
Магический огонь прошелся по стенам и потолку дворца, испепелил графа с супругой и дочерью, охрану графа, самого убийцу - и стих, словно и не бывало. И на этом месте начала наливаться тьма. Из углов сгустились тени, из-за дверей послышалось тихое змеиное шипение - дворец сообщал о беде и звал на помощь своего хозяина.
***
Его величество вздрогнул, словно от боли, сбился с шага, взглянул на Алонсо, и канцлер тут же оказался рядом с нами.
- Ва... Эрик?
- Только что во дворце применили магию. Сильную. Разберись...
- Слушаюсь. Ты как?
- Выдержу, - усмехнулся его величество. И видя мои растерянные глаза, объяснил уже вовсе тихо, лично для меня. - Король Раденора всегда знают такие вещи. Здесь все пропитано нашей магией, и когда кто-то чужой пытается... это больно.
Я вздрогнула.
- А если бы... вас?
- Нет. Это - нет, я и сам маг не из последних.
- А нельзя как-то магически...? - я замялась, пытаясь сформулировать поточнее свои ощущения. Поймать? Или убить? Или...
- Этот человек уже мертв. Но кто это, как и зачем?
Я проводила взглядом дворцовую стражу. На душе было как-то нехорошо. Давило, тянуло, ныло... тошнотное ощущение. Что-то не в порядке в королевстве, определенно...
- Вета, что бы я ни говорил, поддержите меня, ладно?
- Да, ваше величество. Но...
- Вы обещали.
Двери распахнулись перед нами.
- Его величество Эрик Рене Четвертый!
Меня не объявляли, да и не полагалось этого. Мы просто прошли мимо придворных, которые улыбались и кланялись, медленно, к трону, рядом с которым стояли двое людей.
Один - явный легат, как я их себе представляла. В белом облачении, высокий, осанистый, очень красивый, прямо-таки картинной красотой, чеканные черты лица, посох с сияющим кристаллом в навершии, добрая улыбка на губах - так и тянет со всего размаха его молотком по пальцу стукнуть. Или хотя бы вывернуть ему на мантию банку варенья. Не человек - картина идеального посланника Светлого.
Второй был попроще и как-то терялся в тени легата. Те же белые одежды, молодое лицо, исполненное Света, а по-простому, отмеченное недостатком ума и избытком фанатизма, светлые волосы стянуты в хвост, руки украшены несколькими перстнями... а пальцы чуть подрагивают. Нервничает?
Это объяснимо. И кто бы не нервничал на его месте?
Его величество мило улыбнулся.
- Дамы и господа, позвольте объявить вам радостную новость! Сегодня я обретаю еще одного близкого человека, моя крестница, Ветана Тойри Моринар, согласилась принять предложение руки и сердца прекрасного человека, виконта Леклера!
Виконт шагнул вперед, расплываясь в улыбке. Протянул руки.
