Я и брат сразу заступили на внешний пост на свои два часа, обустроив у бетонных плит подобие КПП. Артём, Ваня и Хром в компании Прапора и Виктора занялись оборудованием стрелковой позиции на вершине холма. Им предстояло выкопать систему сообщающихся окопов, а вечером, когда подвезут мешки с песком, создать укрепления. Андрей присоединился к рабочей команде позже, когда разобрался с нашими тачками. Для этого ему пришлось разобрать часть забора, а затем выклянчить у коменданта маскировочную сеть. Зато теперь машин совсем не было видно, а значит, наше добро в относительной безопасности. После смены мы с Димой курили в котельной, чтобы не светиться лишний раз на улице. В планах - передохнуть и выполнить свою часть работы. На посту Андрей и Иван, а с нами перекур разделили остальные. Кроме здоровяка Виктора, который не имел этой дурной привычки, но торчал вместе со всеми. Денис молчал недолго.
- Не нравится мне всё это, - он выпустил вверх сизый клуб дыма. - Серьёзной заварушкой попахивает.
- Ты о чём, Ден? - не отвлекаясь от рассматривания автомата, казавшегося в руках гиганта игрушкой, спросил Витя.
- Прям предчувствие у меня, что будет жопа, - импульсивно пояснил Прапор. - Враги уже за огородом.
- Согласен, - поддержал я старшего охраны, подливая масло в огонь. - Только мне мерещится глобальный конец, вроде ядерной войны.
- Да брось! - махнул рукой Ден. - А три тысячи их солдат и техника на миллионы долларов? По ветру?
- Я поясню, - спокойно продолжил я, бросая окурок в топку печи, служившей нам пепельницей, и закуривая следующую сигарету. Порой мог и три за раз выкурить, что конечно же плохо. - Да, около трёх тысяч человек личного состава. Да, около сорока танков и хренова туча прочей техники. Но победа в войне дороже горстки людей и стреляющего железа, ведь благодаря завоёванным ресурсам они профинансируют создание миллиона таких бригад! Если ситуация накалится до предела, НАТО пожертвует солдатами, я уверен, а дома им поставят памятники, назвав героями в борьбе за освобождение угнетённых россиян от тирании безумного диктатора, - наконец выговорившись, я глубоко затянулся, что аж в глазах потемнело.
- Знаешь, а ты в чём-то прав, - совершенно недовольно отметил Виктор.
- В таком случае, нам очень повезло, что мы здесь, - сделал для себя неожиданное открытие Иван. По крайней мере, я со стороны решил, что для него это новость.
- Ну, если держаться от большого города подальше не представляется возможным, то здесь и есть самое безопасное место, - подытожил я, вновь бросая окурок в печь и поворачиваясь к Прапору. - И нам его охранять. Что у нас по плану, Денис?
- Думаю, усилить посты огневой мощью, - таинственно посмотрел вдаль старший охраны.
- У вас есть пулемёты? - я догадливо прищурил глаза, а Ден лишь поднялся на ноги и приглашающе махнул ладонью, бросив коротко:
- Пойдём.
Я потянул за собой Димана, и в предвкушении чего-то особенного мы побежали за предводителем. Комната хранения оружия, она же КХО, но проще «оружейка», соседствовала с кабинетом коменданта, именно в неё и вела запертая на пудовый замок дверь. Главный вход в «оружейку» - дверь металлическая со смотровой решёткой и надёжными запорами. Ключи только у Вышегородова и Прапора. А в ней... Стоит ли говорить о том, что с этого момента "оружейка" стала моим любимым помещением в бомбаре. Я присвистнул от восхищения.
- Ага, богатство! - горделиво улыбнулся усатый воин, оглядывая стройные ряды автоматов, винтовок, пистолетов и пулемётов. - "Оружейка", что надо. Не абы кого охранять собирались. Убежище может обслуживать гарнизон в триста человек, не напрягаясь.
- Ни хрена себе.., - только и смог из себя выдавить Диман, хотя уже успел повидать разного за дни обороны Тайшета. Просто, я замечу, там всё оружие было навалено кучами, а здесь красота, всё по полочкам. Совсем как в одном из эпизодов небезызвестного фильма "Матрица", где главный герой оказался средь множества стеллажей с оружием.
- В убежище есть всё: и стволы, и броники, и жратва. Тут можно долго жить даже огромной толпе в тысячу человек, - Денис и сам был в восторге от того, какое бомбоубежище замечательное, и нас заражал своим восторгом.
- Как долго?
- Если тысяча, то восемнадцать месяцев.
- Охрене-е-еть, - это Диман удивился. Я тоже поразился услышанному. Это ж какие тут склады для провизии - страшно представить. Но ещё больше поражала осведомлённость прапорщика. Я сомневался, что за неполные сутки он так проникся рассказами Вышегородова. Конечно, я спросил, отчего он такой умный, на что Денис ответил прямо:
- Да, я просто с самой модернизации прикрёплен к этому объекту. Бывало, в нерабочее время помогал коменданту распределять довольствие, красил стены, потолки белил. Потому и знаю здесь каждую дырочку.
- Ты просто так рассказал кучу информации «не для всех», - усмехнулся я, начиная свои психологические игры. Прощупать ведь надо каждого жителя бомбаря. Как я могу быть уверен в надёжности этого парня?
