- Да, ты кто вообще такой и какого хрена забыл в моей личной жизни?! - громила схватил меня за плечо, пытаясь остановить и развернуть к себе лицом. Я повиновался рывку, но так быстро, что мощная ладонь качка соскользнула, а я, сконцентрировав силу в плече, простым толчком опрокинул Витю на бетонный пол и мгновенно сел ему на грудь, надавив коленом на горло. Приём прошёл так легко, что Витя не успел среагировать, а в данный момент, лишённый воздуха, и вовсе замер с болезненной гримасой, лицо его стало пунцовым.
- Меня зовут Бешеным не за красивые слова, - голосом, пропитанным леденящим холодом, сказал я. - Да и девушка эта, насколько я понял, давно не является твоей личной жизнью. Так что осади коней и засунь себе поглубже злость и эгоизм. Пойми, я в тот момент думал о твоём сыне, а ты думал о себе. И завязывай злиться - это скверная черта характера, а нам ведь ещё защищать своих плечом к плечу. Ты слушаешь меня? Кивни, - я чуть ослабил нажим, и Витёк через силу всё-таки кивнул, а я продолжил. - Так вот, я прошу прощения у тебя за всё, что тебе показалось излишним в моих действиях. Надеюсь, что ты всё же подумаешь головой и успокоишься.
Я резко встал и, пока здоровяк не передумал, ретировался, уже через две минуты дымя сигаретой у бетонных плит.
- Ну что? Как? - спросил брат, не отвлекаясь от разглядывания окрестностей. Правая ладонь уже привычно лежит на рукояти автомата, указательный палец вдоль спуска. В боях привычки приходят быстрее, а боев этих за неделю хватило на год вперед. Ну, и спасибо нашим трёхточечным ремням, которые мы сделали ещё в Тайшете. Оружие висит удобно, нигде ничто не давит и к бою оружие привести можно одним движением. А по факту заданных вопросов мы с братом поняли друг друга верно. Дима просто прочёл мои мысли.
- Переживёт, - вяло отмахнулся я.
- Значит, всё-таки поговорил с ним, - брат усмехнулся, покачав головой.
- Он сам хотел этого. Ты разве сделал бы по-другому?
- Я даже не успел ни о чем подумать, как ты уже всё продумал и сделал, - Дима засмеялся, выдыхая сгустки табачного дыма.
- Ничего я не продумывал, - честно ответил я. - Само всё сложилось, чутье сработало.
- Хорошее у тебя чутье, - похвалил Диман, по-доброму оскалившись.
Мы продолжали нести службу, солнце опустилось ниже к горизонту, намекая на недалекие сумерки. Но часа два в компании небесного светила ещё есть. Воздушное пространство как и прежде тревожили металлические птицы, вертолёты. Изредка с разных сторон доносились щелчки стрельбы, но всё это было где-то далеко. Мы же просто продолжали выполнять свои задачи. Хотя мне, к примеру, чудилось в этих выстрелах всякое, тревога не покидала ни на секунду. По действиям брательника читалось то же самое. И мы, в конце концов, имея две радиостанции, одну оставили на нашем канале, а вторая всё время гуляла по волнам, прослушивая переговоры военных, чтобы иметь хоть какое-то понимание о происходящем в городе.
Денис с нашими домастерил пост на холме. Наш бравый морпех, Хром, недолго думая, решил остаться дежурить. Получил на складе бинокль и радиостанцию, чтобы сподручнеенести службу. Он молчал недолго, уже минут через десять после заступления в караул вышел на связь со мной. Радиостанция в специальном кармане на груди разгрузки вызвала меня на диалог.
- " Бешеный - Хрому. Приём". - я откликнулся мгновенно коротким "говори", а Макс тревожно доложил. - " Вдоль садоводства движется транспорт. В голове УАЗ с военными, за ним джип и микроавтобус. Опознан, как наш. Как понял"?
- Принято, - коротко ответил я. - Продолжай наблюдение. Отбой.
Макс отключился, и параллельно с шумом сосен на ветру я расслышал приближающееся рычание моторов.
- Приближается колонна. Похоже на подкрепление, - пояснил я брату, указывая на дорогу. Тот лишь понимающе кивнул и молча смотрел вдаль, потом, уже увидев показавшийся из-за поворота знакомый УАЗ с приёмника-распределителя, сказал:
- Мне кое-что не нравится, - при этом Дима с сожалением покачал головой.
- Что не так? - Дима порой удивлял, ведь я даже не мог представить, что в этом убежище что-то не учтено. - Курить нельзя? В этом причина?
- Нет, - брат посмотрел на меня с ухмылкой, потряс автоматом. - Давай уже, как учил, патрон в патроннике, оружие на предохранителе, а то не чувствую себя уверенно, - он кивнул на рычаг затворной рамы "калаша" и переводчик огня - предохранитель. - Когда с качком этот рамс был, мы всё быстро сделали, но пару секунд потеряли. Гон это, привык в Тайшете, что патрон дослан.
Я посмотрел на брата ошарашенным взглядом. Ещё неделю назад мой любимый братан, человек простой до мозга костей, слесарь подвижного состава в вагоноремонтном депо со стажем, об оружии мог сказать только то, что оно стреляет. Знал основы, бывал на охоте и пострелушках, но не более того. А сейчас уже ведёт великосветские беседы на тему целесообразности полного соблюдения техники безопасности при обращении с оружием в условиях боевого конфликта, да при этом терминами сорит. Удивил, брательник, нет слов, но, как говорится, с кем поведёшься, а повёлся он со мной.
