Я смотрела в его огненные глаза и не понимала, что чувствую. Мне хотелось бежать отсюда сломя голову, но также хотелось и остаться. Время истекало. Мой фазис свободы подходил к концу, и командор уже принял решение. Страх снова сжал внутренности, и я, не раздумывая, заявила:
– Я не сойду с «Ган Римиуза»!
– Почему ты так упряма?– начал злиться он.
– Не спрашивайте, я не отвечу!– твердо покачала головой я.
В глазах Рузарда мелькнуло смятение, но быстро исчезло. Он отвернулся и сухо велел:
– Отбой, курсант. Марш в каюту!
Я вздрогнула от прохладного тона, окинула его спину недоуменным взглядом и стремительно вышла из командного отсека.
Меряя каюту неровными шагами, я пыталась представить себе, что произойдет через восемь дней. Как защитить близких – это все, что тревожило. Но ничего в мыслях не складывалось. О своем будущем я и не думала.
Когда сил совсем не осталось, я села на кровать и вдруг обнаружила, что все еще нахожусь в мундире командора. И в ту секунду пришла единственная мысль, от которой стало легко дышать: я окончательно могла расставить все на свои места, перестав трусить.
Выхода было два, и оба имели шанс на положительный результат. Один уж точно. Первый – я могла открыть Рузарду всю правду и молить о пощаде. Ну а второй, если не поможет первый, – Анекс!
Начать я решила с первого. Поверит ли он после стольких обманов еще раз?
Его каюта находилась в глубине коридора дальше командного отсека. Зная, что нарушу не только правила кодекса, но и все приличия, если заявлюсь в каюту к мужчине – самому командору, я упрямо шла вперед.
У каюты замедлила, прижала мундир к груди, уткнулась носом в ворот и вдохнула. Запах командора был таким родным. По спине побежали мурашки. С минуту я переминалась с ноги на ногу, не решаясь постучать.
«Но ведь я не женщина? Здесь я курсант… Чего мне стесняться? Я принесла его мундир и… Бес меня раздери!..»
Я смело постучала.
Дверь распахнулась слишком быстро, я даже не успела набрать воздуха в грудь. Командор все еще был в форме, будто и не собирался спать. Он недовольно сверкнул глазами, а потом посмотрел на свой мундир.
– Тебе не следовало приходить!– сурово бросил он и протянул руку за мундиром.
Но я перешагнула порог, обошла командора и остановилась за его спиной. В каюте приятно пахло и было тепло. Мышцы живота свело от предстоящего разговора, но я больше не дала себе и секунды на размышления, чтобы не передумать.
– Я знаю, что нарушила много правил. Но мне очень нужно с вами поговорить, командор… Потому что вы должны кое-что узнать,– сдержанно выговорила я и, глубоко вдохнув, собрала всю свою смелость.
Он оглянулся и прищурился.
– Что-то случилось?– начал Рузард, но даже по голосу поняла, что он догадывался, зачем я пришла.
– Вы знаете, о чем я,– опуская глаза, ответила я и медленно повесила мундир на подлокотник кресла.
Командор выполнил команду «Закрыть дверь каюты».
– У тебя две минуты,– жестко сказал он и отошел к креслу. Сел. Закинул ногу на ногу. Сомкнул пальцы в замок и положил на колено.
Я не дрогнула, лишь посмотрела на его руки.
– Вы уже приняли решение, но я прошу вас изменить его,– глухо начала я, перебирая свои пальцы.
– Если ты намерена продолжать, – не стоит,– отрезал командор.
Но я сделала шаг вперед и настойчиво продолжила:
– Вы сказали, что через восемь дней высадите меня на Тоули. Но я прошу вас, оставьте меня где угодно, только не в альянсе…
Я медленно подняла глаза. Трудно было удержать взгляд на потемневшем лице командора, но я выдержала.
– Ты знаешь, что я не могу это сделать,– произнес Рузард и сердито поднялся.– Не заставляй садить тебя под замок!
Такая бессердечность вызвала негодование. Я яростно шагнула ему навстречу и выпалила:
– Я помню всё, что со мной произошло. Я помню каждую ложь, что произнесла и произношу до сих пор. Но лгу лишь затем, чтобы спасти много жизней… И сейчас прошу вашей помощи… Просто закройте глаза… Просто дайте мне исчезнуть… Вы не сможете мне помочь!
– Лжешь до сих пор?!– холодно повторил он, и опасный огонь полыхнул в его глазах. Командор грозно надвинулся и сквозь зубы процедил:– И о чем еще?..
Я на секунду зажмурилась, сглотнула вязкую слюну и произнесла:
– Обо всем…
– И после этого ты хочешь, чтобы я поверил, что ты невинная жертва, и помог?– неожиданно повысил голос Рузард.– Ты клялась мне, что больше нет лжи!
– Я знаю,– беззвучно проговорила я. Живот скрутило от страха и обиды.
– Ты – беглая преступница,– стал надвигаться он.– Кто знает, что ты вообще натворила, и я должен тебя отпустить? Ты хоть знаешь, сколько нарушил я? Не правил, а законов!
Я больше не отводила глаз и смотрела прямо в лицо командора. Он был в такой ярости, в какой я его еще не видела, даже тогда, когда он поймал меня на Дантуре. Он презирал лжецов. И сейчас презирал меня не только за ложь, но и за предательство – ведь я обещала не лгать!
От страха подкашивались ноги. От злости хотелось наброситься на командора с кулаками.
