Дарящая праздник полностью

Сол изо всех сил пытался обуздать ярость, клокотавшую у него внутри. Он не хотел пугать Кэсси. Ей и так пришлось нелегко. Он сжал кулаки.

— Но это никак не оправдывает то, что Брайан поднимал на тебя в руку. Мужчине, который бьет женщину, нет никаких оправданий. — Его переполняла ненависть. Ему было наплевать, что насилие ничего не решало. Будь Брайан жив, он бы…

Но только не в присутствии Кэсси. Он посмотрел на нее, и его гнев улетучился. Ему хотелось заключить ее в объятия, стать ее защитником, чтобы больше никто никогда не причинил ей боль.

— Я и думать не думала, что Брайан может поднять руку на женщину, — сказала Кэсси. — А ты? Зная его, ты мог бы такое предположить?

— Нет. — Десять лет назад эта мысль даже не пришла бы ему в голову, но сейчас… Он подумал о стенах ее дома, увешанных фотографиями Брайана.

— Теперь тебе ясно, почему я не могу снова выйти замуж?

— Нет! — отрывисто бросил он.

— Судя по всему, я плохо разбираюсь в мужчинах и не хочу второй раз наступать на одни и те же грабли.

— Черт побери, Кэсси! — Его охватило отчаяние. — Не все мужчины бьют женщин. — Его губы растянулись в улыбке, но глаза остались серьезными. — Я бы даже осмелился предположить, что большинство мужчин не делают этого.

— Я бы тебе поверила, но…

— Но?..

— Но я не уверена, что выберу одного из них.

Ему следовало бы остаться и бороться за нее. Бороться с живым Брайаном было легче, чем с призраком прошлого.

Повернувшись, Кэсси встретилась с ним взглядом.

— А что, если во мне есть нечто такое, вызывающее у мужчин агрессию?

Ее слова пронзили Сола подобно острому ножу. Он вскочил на ноги и сделал резкое движение рукой.

— Если ты так думаешь, значит, у тебя не все дома.

На ее губах появилась вялая улыбка.

— Ты выглядишь так, словно готов задать мне хорошую трепку.

— Просто немного образумить, — пробормотал он, возвращаясь на свое место.

— Тогда ты зря теряешь время. Зачем мне муж? У меня есть все, что мне нужно.

— Неужели?

— У меня есть семья, о которой я всегда мечтала, стабильное финансовое положение и целый город друзей.

Тем не менее она думала, что приобрела все это благодаря Брайану, а не за собственные заслуги.

Словно прочитав его мысли, Кэсси добавила:

— Не имеет значения, как мне все это досталось. Я не собираюсь это упускать.

Неужели она не видит, что…

— А как насчет тебя самого? Ты сам когда-нибудь женишься?

— Да. — Ответ сорвался с его губ прежде, чем Сол успел подумать.

Кэсси наклонила голову.

— Правда?

Сол кивнул, вдыхая ее неповторимый аромат. Закусив губу, Кэсси нахмурилась.

— У тебя уже есть кто-нибудь на примете?

— Да.

— Трейси?

Сейчас она выглядела такой же ошарашенной, как он в субботу вечером. Он даже испытал радость. Кэсси тяжело вздохнула.

— В таком случае мне следует подумать, как бы помягче сказать об этом Киту…

Чувство радости прошло.

— Это не Трейси! — твердо заявил он.

Кэсси задумалась.

— Тогда, должно быть, это девушка, которая ждет тебя дома в Сиднее.

Столица не была его домом. Его дом был здесь, в Шофилде. Эта мысль потрясла Сола. Он вскочил на ноги и посмотрел сквозь крону дерева на реку вдалеке. Шофилд? Дом? А почему бы и нет? Эта мысль была не более безумна, чем другие, занимавшие его в данный момент.

Сол глубоко вдохнул. Черт побери, ему не следовало даже думать о женитьбе на Кэсси спустя столько лет.

И вернулся он вовсе не поэтому.

Ты уверен? — нашептывал внутренний голос.

Нет, черт побери, он не был уверен. Вот только Кэсси пока не должна ничего знать.

— Мне нужно идти. — Она неохотно слезла с ветки, словно ожидая, что он ее остановит.

— Хорошо.

Обратный путь до дома Алека прошел в напряженном молчании.

Огоньки на елке в гостиной насмешливо подмигивали ему. Родной дом. Рождество. Кэсси. Объединенные вместе, эти слова создавали атмосферу уюта.

Лишь после того, как Кэсси села в машину и уехала, Сол осознал, как мастерски она уклонилась от разговора о детях. Из-за чего они с Брайаном поссорились? Из-за детей? Сол был готов отдать голову на отсечение, что это было так.

Наконец до него дошло очевидное. Он понял, какому ужасному наказанию подвергала себя Кэсси.

Напевая себе под нос, Кэсси наносила валиком на стену оранжевую краску. Даже в самых смелых мечтах она не представляла себе, что это место может стать ее прибежищем. Воспоминания, связанные с этим домом, были не из приятных, но виной тому была ее мать.

Стук в дверь прервал ее размышления. Кэсси встревожилась. Она не хотела, чтобы кто-то знал, что она приводит в порядок свой старый дом, и поэтому никого не ждала. Закусив губу, она огляделась.

Стук повторился, затем послышалось:

— Кэсси?

Она испытала облегчение. Это был Сол.

— Заходи. — Положив валик на поддон, Кэсси расправила юбку и пригладила волосы. — Привет. — Она надеялась, что у нее на лице не было следов краски.

Сол широко улыбался ей, стоя в дверях. В одной руке у него был бумажный пакет, в другой — кувшин с лимонадом.

— Я принес тебе поесть.

Кэсси обнаружила, что улыбается.