Сравнение персов с парфянами было тем более уместным, что Парфия в свое время входила в число стран, подвластных Великим царям, и в ее составе имелась сатрапия, граничившая с Гирканией. Она занимала стратегическую позицию на дороге, которая, связав Экбатаны и Рей, проходила по всей Центральной Азии - так называемый "путь на Хорасан". Весь этот регион сыграл первостепенную роль во время мятежей, разразившихся в Центральной Азии во время захвата власти Дарием I. В январе 521 года Экбатаны стали штаб-квартирой нового царя, а его отец Гистасп отдавал свои приказы из Парфии-Гиркании. Этой же дорогой воспользовался его далекий потомок Дарий III. Весной 330 года он, прежде чем быть убитым в глубине парфянских земель, направился со своей армией в Рей и к выходу в Каспийское море, где ему сообщили о прибытии Александра. Как и любая покоренная страна, Парфия посылала отряды в царскую армию: парфянские отряд фигурирует в составе армии Дария III при Гавгамелах [5]. Когда Александр забирает власть в свои руки, он поручает пост сатрапа Парфии Амминапу [6]. Для Полибия нет никаких сомнений в том, что Парфия являлась частью земель, принадлежавших Великим царям, "в то время, когда персы были хозяевами Азии" [7].
Таким образом, Юстиниан легко показывает связь между персами и парфянами, ощущавшуюся в Риме ("Александр был на землях парфян") [8]. Именно в Парфии, в деревне Тара, умер Дарий, из чего Юстиниан извлекает следующее сентенциозное наблюдение: "Я верю, что бессмертные боги решили таким образом, чтобы власть персов угасла именно среди тех, кто должен был наследовать им в их империи" [9]. Со своей стороны, Квинт Курций начинает делать многочисленные ссылки на парфян, как только Александр доходит до этих районов: "Парфияне живут в стране, в настоящее время занятой парфами, пришедшими из Скифии... Цари Македонии владели другими городами, которыми теперь владеют парфы... Медия сейчас занята парфами, которые держат там свои зимние квартиры... Оттуда переходят в Парфиену (Parthyene), страну в то время безвестную, стоящую теперь в первом ряду народов, расположенных на востоке от Евфрата и Тигра, выходящих к Красному морю" [10].
Связь между парфами эпохи Александра и парфянами римской эпохи также ясно показана Дионом Кассием, который в своей "Римской истории", рассказывая о начале войн Рима против Парфии, делает ретроспекцию в следующей форме:
"Этот народ живет за Тигром, большая их часть живет в фортах и гарнизонах, а также в нескольких городах, среди которых Ктесифон, где находится их царская резиденция. Изначально этот народ существовал уже среди древних варваров (oi palai Barbaroi), и они носили то же название при власти персидских царей. Но в ту эпоху они жили только на ограниченной части страны и не навязывали своего господства ни какой пограничной территории. Но, когда было свергнуто персидское господство и македонское царствование достигло апогея, когда преемники Александра ссорились между собой, деля земли на куски и создавая отделенные монархии, парфы впервые появились под предводительством некоего Аршака. Его наследники звались Аршакиды, etc." [11].
В своем экскурсе о Персии Аммиан Марцеллин также указывает на эту преемственность, напоминая, вслед за Юстинианом, о легендарных истоках династии, с помощью весьма неточной формулировки: "Когда Александр почил в Вавилоне, персы вытащили на свет парфянские имя Арзаса, неизвестного человека, который, будучи вожаком разбойников, стал, благодаря целой череде подвигов, знаменитым основателем династии" [12].
