«И все еще твой». Когда эти слова слетели с губ Аделиты, холод пробежал по мне. Она, должно быть, это увидела. Ее улыбка погасла, а лицо потемнело от беспокойства.
«
Аделита замерла, затем опустила глаза. Секунду спустя ее взгляд встретился с моим, и она взяла меня за руку. «Всегда». Она глубоко вздохнула, затем медленно оседлала мои бедра. Ее руки обвились вокруг моей шеи. «Я люблю тебя, Таннер. Я никогда не останавливалась. На самом деле, когда ты ушел, моя любовь к тебе только возросла». Ее голос стал хриплым, затем она обхватила мое лицо. «Я никогда не позволяла ему прикасаться ко мне». Я выдохнул, даже не осознавая, что задерживаю дыхание. «Я всегда занималась любовью только с тобой. Я не могла... Я бы не стала...» Она замолчала.
«Ты собиралась выйти за него замуж».
Аделита покачала головой из стороны в сторону. «Он не был тобой. Никогда бы не стал тобой». Ее хриплый голос сказал мне, что она снова расстраивается. «Мой отец...» Она сморгнула слезы, которые навернулись на глаза. «Он сделал это. Я сопротивлялась его плану для нас с Диего так долго, как могла. Но он все это спланировал. Я не знала, что делать или как из этого выбраться». Аделита опустила голову, чтобы встретиться со мной. «Даже если бы меня заставили выйти за него замуж, я все равно была бы твоей. Ты не можешь отдать свое сердце кому-то, когда оно уже принадлежит другому. Я бы нашла способ, Таннер. Уйти. Сбежать. Добраться до тебя... как-то». Выражение лица Аделиты изменилось на то, что выглядело как беспокойство. «А... ты? Был ли кто-то еще для тебя?»
Я перекатил Аделиту под себя. «Никто. Только ты, принцесса».
Улыбка, которая натянула ее губы, выбила дыхание из моих гребаных легких. Я поцеловал ее. Я целовал ее так долго, что ее губы выглядели в синяках, когда я наконец отстранился.
«Я не хочу возвращаться», — сказала она, и последствия предательства отца были написаны на ее лице. «Я не вернусь к этим мужчинам, Таннер. Потому что если мой папа в этом замешан, то и Диего тоже». Ее темные глаза вспыхнули гневом. «Я не могу смотреть им в глаза после того, как узнала об этом. После того, как увидела Саффи, девушку, которой мой отец причинял боль снова и снова... после того, как услышала от других женщин...» Аделита медленно вдохнула через нос, ее глаза на мгновение закрылись. Когда они открылись, она сказала: «Ты когда-нибудь мечтал, что мы будем здесь такими?»
"Да."
«Я тоже». Она поцеловала меня, а затем прошептала: «Пожалуйста, не заставляй меня возвращаться теперь, когда мы снова нашли друг друга».
«Ты никуда не пойдешь».
Через несколько минут я снова был внутри нее. Руки Аделиты не отпускали меня всю ночь, а ее губы не переставали касаться моей кожи. Мне было все равно, что говорят другие. Она была здесь, со мной.
И она никуда не денется.
Я скорее умру, чем позволю кому-либо забрать ее из моих рук.
Глава девятая
«У нас пока нет никакой информации», — сказал Шэдоу. «Они замолчали, что, по моему опыту, никогда не бывает хорошо».
Я поднял руки и жестами сказал: «Если услышишь что-нибудь — что угодно из Кинтанаса — немедленно дай нам знать». Кай говорил за меня.
Чавес кивнул. «Сделаю». Я уставился на Чавеса и не мог выкинуть из головы дневники матери. Мэй не знала, но когда она ложилась спать вечером, я спускался вниз, наливал себе чертовски крепкого виски и читал. Мэй тоже их читала. И я знал, когда она доходила до чего-то, что считала важным. С той минуты, как я приходил вечером, она смотрела на меня по-другому или подходила ко мне и целовала, обхватывая меня руками, душила, чтобы трахнуть. Это всегда было, когда моя мать упоминала обо мне. О том, как она сбежала к Санчесу, сбежала от меня и моего старика. Свалила из моей жизни.
