Мое сердце грозило вырваться из моей гребаной груди, так быстро оно колотилось. У нее был еще один ребенок? Или, по крайней мере, она была беременна одним?
Что за фигня?
Я не мог больше сидеть здесь, черт возьми. Мне нужен был мой велосипед, и мне нужна была дорога. К черту войну и угрозы — мне нужно было ехать, черт возьми.
Бросив двадцатку на стол, я вылез из закусочной и сел на свой Харлей. Как только завелся двигатель, я вырвался на гравий и, блядь, выехал на дорогу. Я ехал по проселочным дорогам. Все это время моя голова, блядь, раскалывалась. У моей мамы был еще один ребенок? У меня был брат или сестра, о которых я не знал? А знал ли мой старик? Знал ли он, что у нее есть ребенок от Санчеса, когда он ее убил? Знал ли Чавес?
ЕБАТЬ!
Я позволил ветру хлестать меня по лицу, когда я гнал свой велосипед быстрее, разрывая асфальт. День сменился ночью, пока я продолжал ехать, ветер, блядь, хлестал меня по лицу. Я ехал так долго, что у меня отнялись ноги. Но я ехал дальше. Я ехал до тех пор, пока мне не захотелось разбить кулаком чертову стену из-за того, что я только что прочитал. Мне нужно было держать себя в руках. Мэй сразу же раскусит меня, если я разозлюсь. Я не говорил ей, что читал журналы. Я не хотел, чтобы кто-то узнал, что я был слабаком, раз мне было насрать на женщину, которая меня бросила. Или, может, не хотел... Я, блядь, не знал. Моя голова была слишком забита — война, угрозы, беременность Мэй, а теперь еще и это.
Моя мама была беременна еще одним ребенком.
Мне нужно было вернуться в лагерь, к Мэй, поэтому я повернул назад и отправился в двухчасовую поездку домой. В ту минуту, когда я проехал через ворота, открытые Эшем и Слэшем, из клуба выскочил АК. Я был готов, черт возьми, вскочить в бой.
«Где ты, черт возьми, был?» — спросил АК. Вайк, Радж и Булл выскочили сзади. Мое тело напряглось, ожидая, что кто-то скажет мне, что случилось. «Ты не отвечал на звонок». Я полез в карман и увидел, что он разрядился. Я поднял его так, чтобы АК мог его увидеть. Брат не стал дурака заставлять меня ждать. «Это Мэй. Она в больнице. У нее начались роды, пока тебя не было. Все пытались тебя найти».
У меня живот сжался.
Закинув телефон обратно в разрез, я завел мотоцикл и рванул нахрен из комплекса. Мои руки были чертовски крепко сжаты на руле, пока я прожигал землю всю дорогу до больницы. Я не мог выкинуть Мэй из головы. Она была трахаться одна, потому что я не мог выкинуть голову из своей задницы. Я въехал в больницу и проломился через вход. Мои глаза пробежались по всем вывескам в поисках подсказки, где моя трахающаяся женщина.
В таком настроении я был готов разорвать кого-нибудь на части, если не узнаю, куда, черт возьми, мне идти.
«Стикс!» Я обернулся и увидел, как Кай заворачивает за угол коридора. «Она здесь». Я нахмурился, гадая, зачем он здесь, а потом вспомнил, что он был здесь с Лайлой этим утром. Словно прочитав мои мысли, он сказал: «Мы как раз уходили, когда вошла Красавица с Мэй». Он посмотрел на меня, нажимая кнопку лифта. Я не хотел входить в чертов лифт; я хотел бежать вверх по лестнице и быстрее добраться до Мэй. «Где, черт возьми, ты был? Я не мог тебя найти. Мне пришлось послать братьев искать тебя отсюда, пока Ли оставалась с Мэй и Красавицей. Ли из кожи вон лез, чтобы найти тебя. Спасибо, ублюдок. Мне это очень понравилось».
Я поднял руки, чтобы расписаться, потому что сейчас я, блядь, не мог говорить.
