«А ведь ещё ничего не кончилось, — скрипнул он зубами. — Я же сам настоял, чтобы дело Поттера рассматривалось полным составом Визенгамота. И если раньше можно было всё решить при помощи коробочки „Берти Боттс“, то теперь Муфалда Хмелкирк закусит удила. Обвинить во всём Фаджа уже не получится, и даже Амбридж выйдет сухой из воды. Надо срочно лететь в Министерство, — решил Дамблдор. — Попробую свалить вину на Волдеморта, раз по-другому не вышло. Гарри всё равно будет считать, что я его защищаю, а значит, своей основной цели я добьюсь».
Повеселев, Дамблдор пружинисто поднялся с кресла и подошёл к шкафу, чтобы поставить остатки спирта на место. В стекле отразилась пьяная пародия на Санта-Клауса в очках-половинках и со всклокоченной бородой. Выругавшись в очередной раз, Альбус взмахом палочки вернул себе благообразный вид.
«Гарри переехал в дом на Гриммо, и это хорошо, — прикинул мысленно Альбус, отходя от шкафа. — Жаль, что передать опекунство Сириусу по-прежнему нельзя. Этот блохастый кретин даже адвокатом никак не озаботится. С одной стороны, Блэк полностью под влиянием „Ордена Феникса“, а с другой — с него и взять-то нечего. Книги и артефакты выгреб какой-то рыжий пройдоха, а в сейфы Блэков не пускают гоблины, говорят, что древнейший род заключил какой-то особый гейс, и миллионы золотых достанутся будущему наследнику. Какой, к Мордреду, наследник, если Блэк бездетен? Поганые коротышки…»
«Хорошо, никто уже и не помнит, что я магический опекун Гарри Поттера, — скакнули на ещё одну неприятную тему мысли Дамблдора. — Иначе многие задались бы вопросом, почему мальчик всё это время жил не со мной. Деменция или интуиция? Вот какого фестрала я сейчас об этом подумал?»
Альбус прекрасно понимал, что по закону юный волшебник должен воспитываться в семье волшебников. Ведь если ребёнок подавляет свои магические способности, это может привести к развитию страшной болезни — «обскуриомы».
А обычные люди только в очень редких случаях не станут ругать маленького волшебника, если тот, к примеру, сожжёт шторы или запустит тарелки в воздух. Юный маг не захочет постоянно вызывать родительский гнев. В результате такой ребёнок отторгнет свою суть, и это приведёт к трагедии.
«Не случилось — и ладно!» — задавил в себе голос совести Дамблдор и отправился камином на Гриммо, 12, чтобы предупредить членов «Ордена Феникса» о предстоящих заботах.
Заседание Визенгамота началось немного раньше назначенного времени, так как министр магии хотел поскорее разрешить возникшую проблему. Фадж сразу же поднялся с места и откровенно рассказал о нападении на Долорес Амбридж. Он объяснил, что, хотя преступников, наложивших «Империус», так и не удалось найти, те не достигли своих целей.
По словам министра, мисс Амбридж смогли расколдовать невыразимцы, а Гарри Поттер, подвергшийся нападению дементоров, в очередной раз подтвердил свою репутацию неубиваемого мальчика. Находчивый юноша применил заклинание «Патронус», что помогло ему не только спастись самому, но даже вытащить из лап дементора родственника-маггла.
Фадж буднично предложил закрыть дело о применении магии несовершеннолетним волшебником в маггловском мире и продолжить обсуждение повышения таможенных пошлин, прерванное в прошлый раз.
Зал загудел… Волшебники переваривали свалившиеся на них новости. Использование дементоров неизвестными преступниками заставило многих магов испугаться. У большинства членов Визенгамота были дети и внуки. Далеко не каждый юный волшебник сумел бы использовать заклинание «Патронуса» в критической ситуации.
После бурных дебатов сторонники Дамблдора предложили за применение «Империуса» приговаривать пойманных преступников сразу к «поцелую дементора». Однако в результате общего голосования идею не поддержали.
После этого лорд Паркинсон тоже попросил слова и поднялся с места.
— Наше общество основано на принципах равенства перед законом, — громко произнёс он. — А в статье, касающейся магии несовершеннолетних, в подпункте про полукровок и грязнокро… простите, магглорожденных, сказано однозначно!..
Паркинсон сделал внушительную паузу и продолжил:
— Требуем сломать палочку Поттера и выгнать его из Хогвартса. И я бы ещё предложил отрезать от магии негодяя, угрожавшего Статуту Секретности! — закончил аристократ, злорадно улыбаясь.
— Почему здесь нет мистера Поттера? Решается его судьба, а он легкомысленно считает, что выйдет сухим из воды? — раздались недовольные выкрики волшебников, сидевших в секторе консерваторов. — Это неуважение к Визенгамоту!
— Мистеру Поттеру, как и директору Дамблдору, было отправлено приглашение, — пискнул молодой рыжий секретарь суда. — Только я, наверное, время спутал, — добавил он шёпотом и мучительно покраснел. Однако никому не было дела до какого-то Уизли.
В этот момент двери зала заседаний приоткрылись, и в проём просунулась голова Гарри Поттера.
— Эмм, простите, я, наверное, немного заплутал…
