Дамблдор посмотрел на один из артефактов на книжной полке. Механизм мигал и пыхал паром, распространяя по кабинету запах засахаренных ананасов. Это означало, что волшебник, которого он давно искал, вернулся в свой оформленный на подставных лиц нескромный особнячок. Альбус позвал феникса и перенёсся в маггловскую деревню Бадли-Бэббертон, возле нужного места. Подойдя к ограде с гостеприимно распахнутой калиткой, он сразу входить не стал, а вначале коснулся невидимой сигнальной нити и отбарабанил по воздуху затейливый ритм. Сигналка мигнула зелёным цветом, и Альбус направился по дорожке к дверям.
Гораций Слагхорн встретил его на крыльце с палочкой в руках, настороженно поглядывая по сторонам.
— Привет, Альбус, заходи скорее, — буркнул старый зельевар. — Времена настали больно неспокойные. Хорошо хоть благодарные ученики меня предупредили об опасности. Оказывается, Тот-кого-нельзя-называть приказал своим слугам меня отыскать!
— Здравствуй, Гораций, не волнуйся, — благодушно улыбнулся Дамблдор. — Я не отниму много твоего времени.
Они вошли в гостиную, уставленную старомодной мебелью. Слагхорн опустился в кресло с полосатой плюшевой обивкой, а Дамблдору жестом предложил занять место на диване.
— Откуда ты узнал, что я сегодня появлюсь в этом доме? И почему решил потревожить меня ночью?
— О, сущие пустяки… — помолчав, сказал Дамблдор. Но несмотря на расслабленную позу и благодушную улыбку, его следующая фраза прозвучала приказом.
— Вспоминай, Гораций. Сколько крестражей сделал Том Реддл?
Тон голоса Великого Светлого волшебника стал настолько жёстким, что Слагхорн переменился в лице и промямлил:
— Я не говорил ему о крестражах! Он сам о них откуда-то узнал!
— Ой, ну хватит мне врать, Гораций! Я же легилимент, — скривился Дамблдор недовольно. — Просто скажи или подумай… Сколько! Их! Было⁈ — прогремел в тишине его голос.
Слагхорн зажмурился, но Дамблдор удовлетворённо ухмыльнулся: «Не думай о белой обезьяне. Старый трюк, но всегда срабатывает».
Он с некоторым самодовольством пригладил бороду и проникновенным тоном сказал:
— Я ведь знаю, Гораций, зачем «Пожиратели Смерти» тебя ищут.
— И зачем же? — приоткрыл один глаз настороженный Слагхорн.
— Северус до сих пор не может сварить Реддлу какое-то особое зелье, — вздохнул Альбус. — Деталей я не знаю, наш молодой друг находится под клятвой. Однако за каждую неудачу Том пытает его почти до смерти! Я боюсь, что это плохо кончится для Северуса.
Слагхорн нервно обтёр о подлокотники кресла вспотевшие ладони и пробормотал:
— Пы-пытает, да? А впрочем, никто не знает, где я скрываюсь.
— Раз тебя нашёл я, значит, и Реддл сумеет отыскать, когда его терпение истощится, — сказал Дамблдор и с сочувствием посмотрел на старого зельевара. — Но у меня есть к тебе предложение…
— Хочешь снова запереть меня в Хогвартсе и приставить к делу? — ощетинился Слагхорн. — Я тебе ещё тогда всё сказал. Ноги моей там больше не будет!
— Я считаю, что Том скоро убьёт Снейпа, а где мне найти второго такого мастера-зельевара? — сказал Дамблдор, не обращая внимания на эмоциональные слова Слагхорна. — К тому же, согласись, Гораций, лучше немного поработать на благо родной школы, чем ежедневно получать от Реддла бодрящий «Круциатус».
Улыбка Дамблдора стала шире. Он посмотрел на всё больше мрачнеющего Слагхорна и решил бросить косточку старому знакомому:
— Послушай, Гораций. А давай я познакомлю тебя с Гарри Поттером? Ты же много лет коллекционируешь самых выдающихся учеников. Думаю, национальный герой Англии станет жемчужиной в твоём перечне.
— Я подумаю, — буркнул Слагхорн. — А если Тот-кого-нельзя-называть не прибьёт Снейпа? Или ты так в этом уверен, что заранее предлагаешь мне его место?
— Не прибьёт — тем лучше, — сверкнул очками Дамблдор и вновь широко улыбнулся. — Я поставлю его преподавать защиту от тёмных искусств. А то после слухов, что мисс Амбридж сильно пострадала от гостеприимства кентавров из-за проклятья на должности профессора ЗОТИ, найти в Англии желающих занять это место стало практически невозможно. Если Северус, хмм, справится, я потом смогу рассказывать другим кандидатам, что проклятье действует только на тех, кто в него верит.
— У меня, Альбус, от твоей людоедской прагматичности мурашки по коже! — пожаловался Слагхорн. — Ты и раньше был таким, но хоть близких знакомых не трогал!
— Я обещаю, Гораций, с тобой ничего не случится! Пока я жив, в Хогвартсе тебе ничего не грозит, — проникновенно сказал Дамблдор.
— Я уже говорил тебе, Альбус, что подумаю, — фыркнул Слагхорн. — Приводи своего Поттера знакомиться. Посмотрю на мальчика сам и решу, стоит ли оно того или нет.
«Трепыхайся, рыбка, — ухмыльнулся про себя Великий Светлый волшебник. — Только что толку-то с твоих трепыханий, когда крючок в брюхе сидит!»
Впрочем, вслух он этого говорить не стал. Одним движением поднявшись с дивана, словно не чувствуя груза прожитых лет, и улыбнувшись нахохлившемуся Слагхорну, Дамблдор сказал:
