Ещё несколько лет назад Палпатин обнаружил в голове Фенрира Сивого, погибшего на пыточном столе, весьма личные воспоминания. Перед смертью Фенрир думал о заросшей кустарником низине, расположенной между Грампианскими горами и Запретным лесом. Именно в этом весьма живописном месте скрывалось поселение оборотней.
Воспользовавшись координатами, извлечёнными из памяти Фенрира, Палпатин мгновенно перенёсся к дому нового вожака. Он хотел предложить оборотням выгодную сделку. Если мохнатые твари помогут ему отыскать дух Тёмного Лорда, то он в качестве благодарности за помощь инициирует в Визенгамоте рассмотрение давно засунутого в архив закона о правах магических существ. Однако новый вожак стаи Люпус Скабиор по какой-то причине решил, что получит от Волдеморта всё то же самое, если принесёт ему голову Керригана.
Шив побарабанил пальцами по столу и посмотрел в окно, за которым уже окончательно стемнело. Выдержав томительную паузу, которая прерывалась только хриплым дыханием оборотня, он произнёс с неприкрытой угрозой в голосе:
— Я не буду больше милосердным, мистер Скабиор. Будет лучше, если вы расскажете мне всё, что знаете. Где спрятались Волдеморт и его змея? — хлестнул Палпатин голосом.
— Ну не могу я предать Лорда! — заскулил оборотень.
— Позвольте спросить почему? Насколько мне известно, ни один из ваших не удостаивался Чёрной метки.
— Неважно. Мы всегда держим данное слово. Поэтому я никогда не подведу Тёмного Лорда! — ответил Скабиор, бросив, как тому казалось, незаметный взгляд в окно.
— О, весьма похвальное утверждение. Ваша преданность Волдеморту достойна, хмм, награды, — похлопал Палпатин в ладоши с фальшивым одобрением и презрительно хмыкнул: — Вот только…
Оборотень вновь бросил в окно полный скрытой надежды взгляд и хрипло вздохнул.
— Знаете, мистер Скабиор, ещё более меня впечатлило ваше отвратительное актёрское мастерство, — ухмыльнулся Палпатин. — Вы, вероятно, не подумали, что я прекрасно знаю, куда пришёл, как осведомлён и о вашей нечеловеческой природе. Все эти детские попытки меня отвлечь — пустая надежда. Надежда выиграть время до полной луны, хе-хе!
— Ты скоро сдохнешь, рыжий ублюдок! — забрызгал слюной оборотень, наконец-то перестав притворяться обычным человеком. — Я чувствую на твоих руках кровь одного из нас. Явился в наше тайное поселение и думаешь, что сможешь избежать смерти? Мы разорвём тебя на куски, наглый человечишка! Ты корм для клыков настоящих воинов. Как только я вырву сердце у тебя из груди, мы найдём твою семью и сожрём их всех. А детишек сделаем недооборотнями, про́клятыми луной, жалкими тварями, мерзкий ты ублюдок! Я уверен, дозорные уже активировали антиаппарационные амулеты по периметру, — добавил Скабиор со злым торжеством в голосе. — И когда мы притащим твою погрызенную тушу к Тёмному Лорду, ты будешь страдать и страдать, страдать и стра… Ррраааа!
В этот момент над Запретным лесом, который подступал практически к задней стене деревянного домика, появился жёлтый диск луны. Лесной хутор, ранее казавшийся необитаемым, наполнился шумом и звериным рёвом.
Глядя на «Волчье солнышко», Скабиор победно взвыл и стал превращаться в полузверя. Через несколько секунд мускулы на теле чудовища взбугрились впечатляющими канатами. Заскрипели гвозди, вырванные из деревянной стены, а затем окончательно перекинувшийся человек-зверь победно клацнул впечатляющей пастью. Даже терентатек Экзара Куна позавидовал бы боевым возможностям оборотня.
На груди Скабиора сверкнул золотом защитный амулет, который, на взгляд Палпатина, позволял предусмотрительному перевёртышу выдержать попадание целого десятка простых заклинаний. Судя по хищному предвкушению в ауре чудовища, только что захлопнулась со звуком сработавшего капкана ловушка на самоуверенных волшебников.
Добродушное лицо Палпатина не выражало удивления или испуга. Он спокойно дождался мгновенья, когда чудовище бросится на него, и резко сжал пальцы в кулак. От этого жеста, казалось бы, не несущего никакой угрозы, могучая фигура оборотня будто врезалась в гранитную стену и смялась бумажной салфеткой. Воющий на одной тонкой ноте Скабиор свалился на пол изломанной куклой прямо под ноги Палпатину и потерял сознание.
Шив встал, приподнял оборотня за густую шерсть и, волоча за собой массивное тело оглушённого чудовища, вышел из домика. Вся стая перевёртышей уже была здесь. Около тридцати истинных оборотней стояли полукругом перед хлипким заборчиком дома и молчали. Когда из двери вышел Палпатин, стая глухо заворчала и неосознанно сделала шаг назад, ощущая могучую и тёмную как ночь ауру чужака.
— У вас нет выбора, животные, — холодно произнёс Палпатин и с невероятной силой для, казалось бы, обычного человека швырнул двухсоткилограммовое тело Скабиора в забор. — Или вы показываете мне место, где прячется дух Волдеморта, или ваши сердечные жилы завтра же появятся в лавках Лютного переулка.
— Пустые угрозы, волшебник! Ты здесь один, а нас много. И пусть ты вероломно подловил нашего вожака каким-то заклинанием, но я, сильнейший воин после Скабиора, вырву твоё…
