— Позвольте поинтересоваться, уважаемый Радикс, куда делось состояние моего рода? — зная, что гоблины не любят пустых разговоров, с места в карьер начал Палпатин.
— После того как вы попали в больницу святого Мунго, леди Лонгботтом назначила вашего кузена Элджи управляющим всеми теплицами рода, — ухмыльнулся гоблин. — Примерно через два года он убедил её в том, что теплицы рода нуждаются в обновлении и капитальном ремонте. После этого случился неурожай, а несколько самых прибыльных теплиц были разграблены неизвестными бандитами. Чтобы возместить причинённый ущерб, потребовалось ещё больше галлеонов. В итоге за эти годы из вашего семейного хранилища были потрачены просто огромные суммы, — недовольно подвёл итог поверенный. — В настоящее время на счетах семьи Лонгботтом осталось около семи тысяч галлеонов. Если продать семейные артефакты, хранящиеся в сейфе, можно выручить ещё примерно пять тысяч.
— А что же сейф кузена? — посмотрел на гоблина Палпатин. — Не стало ли там больше золота за десять лет?
— Он вообще не открывал счёт в нашем банке! — гневно раздул ноздри поверенный.
— Но ведь теплицы продолжают приносить доход? — задумчиво проговорил Палпатин. — Значит, Элджи где-то прячет ворованное.
Шив был уверен, что его кузен на протяжении десяти лет обкрадывал семью и продолжает это делать. Когда человек не контролирует свой бизнес, у денег всегда находятся новые хозяева.
— Что ж, уважаемый Радикс, — всё-таки улыбнулся Палпатин, отчего поверенный даже вздрогнул, настолько улыбка человека была угрожающей. — Думаю, скоро золото вновь потечёт в сейфы рода.
Он поднялся, попрощался с гоблином и вышел из Гринготтса. На сегодня других дел не было, и Палпатин трансгрессировал в мэнор, едва только спустился по ступеням банка.
Дома его ждал расстроенный Невилл. Мальчик хотел научиться простейшему телекинезу, но у него не получалось. Перо, которое он несколько часов пытался поднять силой мысли, так и лежало на серебряном блюде. А пергамент с описанием способа тренировки телекинеза сиротливо валялся под столом.
Палпатин сел в соседнее кресло, сложил пальцы домиком и стал внимательно рассматривать мальчика. Было видно, что тот плакал: его глаза покраснели, а на щеках остались следы от слёз.
— Я слишком слаб магически, — всхлипнул Невилл. — Дядя Элджи был прав!
Услышав имя кузена, Шив насторожился. Наводящими вопросами он выудил из мальчишки его историю. Оказывается, Элджи ещё пять лет назад первый раз попытался избавиться от наследника правящей семьи, столкнув того в воду. В тот день малыша спасла верная домовушка, а испуганный мальчик никому ничего не сказал.
Вторую попытку убийства кузен совершил, когда Невиллу исполнилось восемь лет. У мальчика долго не было магических выбросов. Дядя Элджи сказал племяннику, что тот, вероятно, сквиб и, если он до одиннадцати лет не начнёт использовать магию, то леди Августа отправит его в маггловский приют. Маленький мальчик заплакал, он не хотел уходить из дома. Дядя наорал на него, сказал, что плачут только маленькие девочки, а он должен воспитать в себе дух настоящего джентльмена. После чего схватил Невилла за ногу и вывесил его в окно четвёртого этажа. Видя внизу далёкую брусчатку, ребёнок заплакал ещё сильней. В этот момент из коридора послышался голос жены Элджи, тётушки Энид, которая звала их к столу. Дядя, ухмыляясь, разжал пальцы, и Невилл полетел вниз. Домовушка была занята поручениями Августы Лонгботтом и почувствовала опасность слишком поздно.
Однако тут случилось неожиданное чудо: мальчик не разбился. В тот момент, когда его голова коснулась брусчатки, из магического источника плеснуло силой, и тело ребёнка словно мячик запрыгало по двору. Августа увидела в окно скачущего Невилла и радостно вскрикнула. Внук наконец-то проявил магические способности. Спустившиеся по лестнице Элджи и Энид наблюдали, как она радуется, и раздражённо молчали.
— В нашем роду позднее развитие — это норма, — задумчиво проговорил Палпатин, глядя на мальчика. — К выпуску из Хогвартса ты превзойдёшь в силе многих из твоих сверстников. Правда, для этого тебе придётся хорошо потрудиться.
Глаза Невилла заблестели от радости, он восторженно захлопал в ладоши, мысленно представляя, как становится могучим волшебником. А Палпатин в это время размышлял, что ушлый кузен стал обворовывать правящую семью рода, пользуясь тем, что леди Августа была занята поисками исцеления сына. А потом Элджи в какой-то момент решил Невилла убрать с дороги, чтобы после смерти Августы стать полноправным главой рода.
«Ну что ж, чу́дно. Пришла пора познакомиться с кузеном поближе», — ухмыльнулся про себя Палпатин. Он оставил Невилла пребывать в мечтаниях о будущей силе, поднялся в кабинет и написал родственникам официальное приглашение на обед. Вручил письмо сове, и та тут же улетела.
