Шив пополнил ёмкость с водой, добавил печенья в тарелочку для птицы, вызвал домовушку и отдал ей необходимые приказы. Та попробовала заступиться за Невилла. Однако Палпатин терпеливо объяснил эльфийке, что мальчику не следует видеть того, что будет происходить после обеда, и домовуха покорно поклонилась.
Через два часа, когда стол был накрыт, а Шив и Невилл сидели в обеденном зале, в камине вспыхнул изумрудный огонь, и в комнату вышли кузен Элджи и его супруга Энид. Они были слегка взволнованы, но в то же время полны любопытства и желания увидеть, каким теперь стал кузен Фрэнк. Элджи хорошо помнил прежнего простоватого гриффиндорца и не ждал от Палпатина каких-то проблем.
— Здравствуй, Фрэнк, здравствуй, дорогой! Мы так счастливы, что ты наконец-то пришёл в себя! — Широкое лицо Элджи расплылось в самой радостной улыбке, он распахнул руки для объятий.
— Ты так хорошо выглядишь, посвежел! — неискренне округлила рот, похожая на сушёную рыбу, жена вероломного кузена.
— Проходите, дорогие родственники, присаживайтесь за стол, — Палпатин лучился ответными улыбками. — Мы десять лет не виделись, думаю, у нас найдутся темы для обсуждения. Но сначала предлагаю насладиться мастерством нашей замечательной поварихи.
Стоявшая возле столика с кастрюльками домовушка спрятала покрасневшую мордочку в кружева белоснежного передника. Гости расселись напротив Шива и Невилла, поздоровались с мальчиком и вдохнули соблазнительные ароматы еды. Домовушка расставила приборы, положила в корзинку только что испечённые горячие булочки, разлила по бокалам игристое вино из Франции. Элджи одобрительно оценил качество благородного напитка и первым произнёс тост:
— За нашу встречу, дорогой кузен. Я счастлив, что тебе удалось побороть болезнь. А ведь никто, кроме нас, не верил, что это возможно! Свои люди в Аврорате не помешают роду. Ты бы знал, сколько проблем бизнесу создают постоянные проверки. Доходы упали до минимума. Впрочем, не буду загружать тебя этой скучной и грустной историей о финансах, лучше расскажи, как тебе удалось прийти в себя? Неужели леди Августа всё-таки отыскала неизвестный способ исцеления?
— За встречу, Элджи, Энид, — поднял свой бокал Палпатин. — Да, матушка старалась все эти годы найти лекарство. И как видите, я снова бодр и полон сил.
— Гроза преступности вернулся! — пафосно произнёс Элджи. — За Лонгботтомов!
Они выпили, Невилл тоже немного отхлебнул сока из своего стакана. Застучали ложки, но в какой-то момент кузен с женой и Невилл просто рухнули лицом в стол. И если мальчика придержал Палпатин, то Элджи и Энид пришлось ловить домовушке. Впрочем, она легко с этим справилась.
— Невилла отнеси в его спальню, а Энид в гостиную на диван, — холодно приказал Палпатин. — Элджи оттащи в подвал, в пыточную. Нам предстоит долгий разговор с любимым кузеном.
Эльфийка преданно поклонилась, и через несколько секунд Шив остался один. Он потянулся за булочкой и вернулся к еде. Палпатин со вкусом пообедал, решив, что спешить некуда, после чего направился в подвал. Накапав Элджи антидот к подлитому домовушкой напитку «Живой смерти», Шив дождался, пока кузен придёт в чувство.
Тот обнаружил себя распятым на стене в родовой темнице правящей семьи. Напротив него сидел Фрэнк и с отеческой улыбкой смотрел так понимающе, так снисходительно, что Элджи не выдержал и обмочился.
Шив брезгливо взмахнул палочкой, глядя на жёлтую струйку, бегущую по жирным ляжкам кузена, и скастовал «Эскуро», очищая испачканную тушу жертвы.
— Зачем ты меня заковал? — завопил родственник, обильно потея от страха. — Ты сошёл с ума, Фрэнк!
«Давно хотел попробовать это местное изобретение», — подумал про себя Палпатин, после чего вновь направил палочку на кузена и произнёс:
— Круцио!
Элджи завизжал, будто свинья на бойне, и стал извиваться в магических путах, словно пытаясь ползти вверх по стене. Шив с любопытством отслеживал изменения энергетического поля. Заклинание выкачивало силу из ауры жертвы и несло её к нему. Вот только энергия была грязной, если так можно выразиться. Вместе с силой в энергетический контур Палпатина пыталась проникнуть целая палитра разных примесей.
Шив следил за тем, как боль и страдание Элджи преобразуются в извращённое удовольствие, подчиняясь заклинанию. После чего этот мутный поток пытается внедриться в его энергетику. В конструктах, которые формировались под воздействием заклинания, было много любопытных моментов. Оно вызывало привыкание у человека, который использовал «Круциатус», дарило наслаждение, сходное с сексуальным, придавало сил. Однако в то же время Шив чувствовал, что «Круциатус» способен разрушить разум человека, который будет применять эти чары постоянно.
«Как интересно, — подумал Палпатин, блокируя ауру от проникновения чужеродной энергии. — Странно. Для чего на самом деле нужно это силовое воздействие? Вряд ли для того, чтобы качать из жертвы энергию столь низкого пошиба. Извращение какое-то. Но надо отдать должное, по крайней мере, от него немного грязи».
