Когда по твоим следам идёт вампирский клан, не время морщиться и придирчиво выбирать, в роли кого тебе зарабатывать на еду и кров. Вчерашней московской студентке выпала участь стать ассистенткой молодого некроманта и погрузиться в жестокий многогранный мир Рулевии, где добро порой совершенно неотделимо от зла, человеческая жизнь легко продаётся за золото, а боги совсем потеряли совесть и откровенно вмешиваются в людские судьбы.
Небо было темно-серое, подернутое фиолетовой дымкой и предвещающее наступающую ночь. Лес вокруг дышал влагой, стволы деревьев были покрыты толстым слоем мха, как и редкие валуны, словно специально расставленные так, чтобы случайный путешественник навернулся и сломал себе парочку костей, – так внезапно они возникали под ногами.
В воздухе, пропитанном непривычными ароматами, тут и там слышались приглушенные стрекотанья насекомых, вдалеке тоскливо надрывалась птица. Олеся попыталась навскидку опознать пару растений, но узнала только папоротник, который рос здесь просто в невероятном количестве.
Девушка устало плелась между деревьями, изредка поскальзываясь или замирая, услышав очередной непонятный шорох, один из тысячи, наполнявшей этот лес.
Белые кроссовки перестали быть белыми, светлые джинсы раскрасились грязью. Прохлада заставила покрыться открытые руки мурашками – майка была явно не лучшей одеждой для прогулок по вечернему лесу. Пара комариных укусов красным цветом расцвели около шеи.
Но Олесю сейчас меньше всего заботили подобные мелочи. И это было вполне здраво для человека, который часов шесть идет непонятно куда и не имеет даже малейшего представления, где он и что ему делать.
«Гребаная семейка, – в который раз, но уже без сильного гнева и с большей долей обреченности думала Леся, – вновь со мной происходят малообъяснимые вещи, и я совершенно ничего не могу поделать. Вероятно, все изначально шло к плохому концу, хотя и неожиданно, что я умру именно в каком-то непонятном лесу от голода и холода, если, конечно, меня кто-нибудь не сожрет. Какого черта, я понятия не имею даже примерно, где я … Это вообще нормально?».
Единственное, что радовало Олесю, – что за все это время ей не попалось ни одного живого существа размером больше белки. В принципе, ей и меньше никто не попадался, хотя, судя по звукам, что-то небольшое и прыткое определенно пару раз пробегало по ветвям или в зарослях папоротника, пугая девушку до онемения.
Но самым неприятным было то, что неуклонно наступала ночь.
Каждый шаг давался все тяжелее, холод постепенно нарастал, и в полутьме уже сложно было не споткнуться об очередное препятствие. Все, чего сейчас желала Леся, – это найти хоть какое-то маломальское укрытие, которое даст хотя бы иллюзию безопасности.
«Хотя зачем, если очевидно, что я сама вряд ли выйду отсюда, да и меня, скорее всего, никто не найдет», – Олеся сжала зубы и крайне неосторожным рывком ускорилась. Что-то резко дернуло Лесю за лодыжку, и в тот же момент тело девушки потеряло равновесие.
Сделав первый кульбит по камням и кореньям, Олеся с ужасом поняла, что летит вниз по крутому склону.
Спуск показался бесконечным, камни жалили бока, спину и живот тут и там. Олеся охрипла от крика, пока сила притяжения несла ее вниз по всем кочкам. Внезапно все прекратилось, и девушка с головой окунулась в кипу густой пахучей травы.
Когда Леся смогла перестать задыхаться от боли и до конца пришла в себя, в небе над ней уже вовсю зажглись звезды. Душисто и умиротворенно пахло цветами. В какой-то момент, несмотря на ноющую боль во всем теле, стало очень спокойно, но холод всё же заставил пошевелиться, и Олеся потихоньку удостоверилась, что ничего не сломано, хотя и хорошо отбито. Кое-как встав, девушка осмотрелась.
Судьба закинула ее на край огромного поля. Вышедшая луна осветила бесконечное колышущееся море травы и какие-то необычные большие прямоугольные камни на пологом холме впереди. Олеся всмотрелась и суеверно похолодела. Эти камни показались ей зловещими, уж слишком они были правильно вытесаны и затейливо сложены во что-то, напоминающее недостроенную хижину. Камень в свете луны казался абсолютно черным и очень-очень гладким.
За спиной шел резкий высокий подъем, с которого девушка и скатилась. Карабкаться обратно представлялось маловозможным, да и… зачем?
«Зачем вообще что-либо делать? Я могу лечь, например, и умереть прямо тут, – сильный порыв ветра хлестнул Олесю по спине, – ну или я могу укрыться от ветра в этих непонятных камнях и умереть там. Там, наверное, будет поприятнее это сделать».
Принятие решения затягивалось. Проще было просто стоять по пояс в траве и разглядывать издалека непонятное строение, пытаясь найти баланс между страхом и необходимостью какого-то действия.
Все изменил резкий звук, какой-то шепот, заставивший сердце чуть не выпрыгнуть из грудной клетки.
Он донесся откуда-то справа, совсем недалеко, из зарослей у основания склона. Олеся услышала смесь громкого шипения и непонятный набор звуков, и, совершенно не собираясь переспрашивать, что же именно имелось в виду, взвизгнула и резко ломанулась вперед через поле. Боль в ногах была забыта, в виски ударил адреналин.
