— Так французы не валютой расплачиваются, а продукцией, — пожал плечами Александр Николаевич, — с поляками станками рассчитываются. Так же и с нами планировали, перечень в приложении к договору.
— Станки, это та же валюта, — не согласился Никита Сергеевич.
На это Шелепину осталось развести руками, тут уж сами виноваты с задержкой выделения фондов на стройматериалы, а капиталисты люди ушлые, не стали на веру все принимать, оговорили все возможные варианты в договоре.
— Ладно, — махнул рукой Хрущев, — тут уж мы сами себя перехитрили. Не подумали, что они быстро сообразят, как выкрутиться.
Брови Александра Николаевича выгнулись вверх от удивления — однако, оказывается, Хрущев был в курсе проблем и сознательно решил поставить договаривающуюся сторону в трудное положение.
— Когда они планируют выдать первую продукцию? — Меж тем продолжи Никита Сергеевич интересоваться положением дел.
— Корпус сборочного цеха уже построен, месяца два отделка, потом еще два месяца монтаж оборудования, пробная партия планируется к выпуску в декабре. К лету следующего года выйдут на проектную мощность. Дальше все по договору, двадцать процентов продукции нам, остальное на экспорт, в счет затрат по организации производства.
— Так с этим разобрались, — Хрущев хитро посмотрел на потеющего рядом Павлова, — а что будем с магазинами делать, Дмитрий Васильевич? Ты видел, сколько этот магазин за день людей обслуживает? У нас такими оборотами только Елисеевский может похвастать.
— Так Никита Сергеевич, — начал оправдываться Павлов, — у них магазин торгует только штучными товарами, как таковых продавцов нет, фасовка в самом торговом зале не производится. И расчет производится непосредственно на кассе, у нас это запрещено правилами торговли.
— Как это запрещено? — Подпрыгнул Хрущев. — Что вы мне голову морочите? У нас почти в каждом магазине кассир-продавец.
— Это когда идет индивидуальная ответственность продавца за товар, — начал объяснять схему торговли Павлов, — когда идет торговля с общего зала, кассир должен быть отделен от товара, чтобы у него не было заинтересованности в обмане покупателя.
— Черт знает что такое, — возмутился Никита Сергеевич, и тыкнул пальцем в одну из фотографий, — ну а почему не перенять такой опыт торговли?
— Такая торговля нам пока не подходит, — снова возразил Дмитрий Васильевич, — согласно правил торговли, покупатель вправе потребовать любое количество развесного товара. К тому же сразу перейти на фасованный товар не получится, нужно организовать цеха по фасовке, а для этого нужно сначала согласовать формы и вес упаковки, приобрести и установить соответствующее оборудование. Все это требует времени.
— Так я ж не завтра требую так торговать, — взбеленился Хрущев, но снова взглянув на фотографии, снизил напор, — давай так, Дмитрий Васильевич, забирай все это с собой и чтобы через месяц предоставил согласованные предложения по улучшению работы советской торговли. Хватит наших людей в очередях мариновать.
Дождавшись, когда Павлов покинет кабинет, Никита Сергеевич отложил папку и снова обратился к Шелепину:
— Чтобы ты был в курсе. На днях обсуждали положение с блокадой Кубы, американцы усиленно готовятся к вторжению, мы с Малиновским обсуждали этот вопрос, он предлагает передать кубинцам наши новые зенитно-ракетные комплексы с-75. Я считаю, что этого мало, надо дополнительно разместить на Кубе ракеты с атомным оружием, заодно и тактические ядерные заряды для защиты передать, подпустить, так сказать, ежа в штаны американцам.
Вот оно, началось. Шелепина как ведром холодной воды окатило, очередное предупреждение проводника оправдалось, как он там сказал, чудом войны удалось избежать. Ну уж нет, к черту такие чудеса, надо сходу в набат бить. Но сразу указывать на ошибки Хрущеву нельзя, закусит удила, и ничего с ним не сделаешь, тут надо давить постепенно, вытаскивая аргумент за аргументом.
— Никита Сергеевич, этот вопрос надо хорошенько обдумать, — начал действовать Александр Николаевич, — американцы и так на взводе, а если мы туда ракеты затащим, как бы большая война не началась.
— Да какая там война? — Скривился первый секретарь. — Мы же никому ничего говорить не будем, построим шахты, установим в них ракеты, а потом пусть попробуют воевать — испугаются.
— Там у американцев база в Гуантанамо, над Кубой почти каждую неделю разведывательные самолеты летают, продолжал мягко увещевать Шелепин, — их аппаратура позволяет даже надписи на контейнерах читать. Есть и аппаратура ночной съемки, качество фото там, конечно, не такое хорошее, но в инфракрасном диапазоне оно им и не надо. Вряд ли мы сможем от них ракеты спрятать, к тому же надо учитывать, что агентурная работа американцев на острове хорошо поставлена.
— Ну, ты уж слишком о них хорошего мнения, — возразил Никита Сергеевич, — в конце концов, почему им можно ракеты в Турции размещать, а нам на Кубе нельзя? Неужто не сможем их перехитрить?
