— Не успеем, организовать группы диссидентов время нужно, — покрутил головой Леонид Ильич, — а оно упущено, если бы в апреле начали, тогда может быть, а теперь только с помощью грубой силы.
На сей раз Брежнев оказался прав, события в Чехословакии продолжали раскручиваться с небывалым размахом, причем совершенно неожиданно появились группы людей, которые стали проповедовать откровенный фашизм, тут даже самые ярые сторонники «гласности» ужаснулись, и стали требовать от властей прекратить вакханалию. Следом появились молодые люди вооруженные бутылками с горючей смесью, они выкрикивали националистические лозунги и жгли все учреждения имеющие отношение к системе власти. Ну, а так как все учреждения такое отношение имели, то и жгли все подряд, не проходило ни одного дня, что где-то, что-то не подожгли. Следом загремели взрывы, пока еще без жертв, но до них было недалеко, это уже во всей красе проявился терроризм — прямое следствие погромов устроенных фашиствующими молодчиками. И, наконец, апофеозом прозвучали призывы записываться в «Армию Освобождения Чехословакии» и идти в поход на евреев и коммунизм. Западная пресса, смакующая подробности «восстания населения» против ненавистного режима, вынуждена была притихнуть, последние события были уже за гранью добра, надо было срочно отказываться от своих слов, так как это была уже не борьба против оккупантов. Все вдруг вспомнили события «Хрустальной ночи» в Германии тридцать восьмого года.
Как раз этим событиям было посвящено экстренное заседание политбюро ЦК, Шелепин на этом заседании не присутствовал, так как накануне отбыл с визитом в Ханой.
— Когда впервые были высказаны опасения по поводу настроений, царящих в КПЧ, мы отмахнулись, — взял слово Микоян, — однако время показало, что эти опасения имели под собой основания, и теперь стало видно, что чехословацкие товарищи утратили контроль над ситуацией в стране. Начиная с апреля, в Праге появились группы националистов, которые провозгласили своей задачей борьбу с коммунизмом и начали пропаганду расовой ненависти. Часть молодежи охотно примкнула к ним, в итоге имеем поджоги, погромы и террористические атаки. Дело дошло до того, что эти группы примкнувшие к националистам стали терроризировать население, люди боятся выходить на улицу, но самое неприятное, что организацию беспорядков стали приписывать Советскому Союзу… совсем уже умом тронулись. Теперь нам надо решить, какие будем применять меры для наведения порядка в Чехословакии?
— А какие могут быть меры в таком случае? — Удивился Устинов. — Надо вводить часть воинского контингента в Прагу и наводить порядок.
— Вот с вводом «воинского контингента» у нас могут быть проблемы, — возразил Подгорный, — западная пресса уже давно ждет этого события. Неужели нельзя как-то иначе приструнить националистов.
— Не так там все просто, если начать аресты сегодня, то это спровоцирует массовые протесты, — возразил Брежнев, — без армии не обойтись.
— Тут кое-что по линии Комитета поступило. — Зашевелил усами первый секретарь. — Владимир Ефимович, огласи.
Семичастный не заставил себя ждать и зачитал выкладки из своего доклада:
«При проведении мероприятий по выявлению деятельности вражеских агентов влияния на территории Чехословакии был обнаружен хорошо замаскированный склад с оружием специального назначения. Конкретно там находились: минометы, состоящие на вооружении советской армии с двойным запасом боекомплекта, автоматы АК с приспособлениями для снижения шумности стрельбы, пистолеты, гранаты со слезоточивым газом, дымовые шашки, приборы ночного видения. Всего было найдено двести пятьдесят единиц автоматического оружия. Так же была обнаружена часть инструкции по тактике применения этого оружия, из которой стало ясно, что предназначено оно вовсе не для противодействия войсковым соединениям. Планируется массовое убийство людей, чтобы потом можно было обвинить советскую армию в кровавой расправе над недовольным населением, то есть будет осуществлена крупная провокация. К сожалению организаторов провокации захватить не удалось, но по косвенным признакам нам стало понятно, что таких складов на территории Чехословакии несколько, а так же имеются хорошо законспирированные обученные группы террористов, которые начнут действовать сразу после ввода войск. В этом случае счет жертв будет вестись на тысячи»
— Вот хрень какая, — не выдержал Воронов, — теперь понятно, почему там погромы начались, они просто нас провоцируют.
— Да, это так и есть, — подтвердил глава КГБ, — для полноты картины: отмечено поступление больших денежных средств из-за рубежа. За каждый погром, его организаторам платятся большие деньги. Причем основной упор делается на деклассированный элемент.
— А минометы зачем?
— Неизбежно возникновение стихийных митингов, обстрел из миномета даст повод обвинить советскую армию.
— Ну как, Дмитрий Федорович, вы по-прежнему будете настаивать на ввод войск в Прагу? — Поинтересовался Микоян.
— Да куда уж тут вводить? — Пробурчал Устинов. — Тут надо сначала эту гниль вычистить.
