Надо честно сказать, что и среди партийных товарищей встречаются настоящие коммунисты,которые сходу разобрались в ситуации, поэтому выговоры по партийной линии заработал как Шеметов, так и начальник первого отдела, за «неумение работать с людьми». Причем по поводу первого партийной организации института было рекомендовано рассмотреть вопрос об использовании его талантов в другом направлении, а вторую попросили впредь не лезть не в свое дело, занимаешься обеспечением секретности, вот и занимайся, воспитывать людей задача других. Заодно и профсоюзного лидера сменили, так как он не проявил принципиальности в отстаивании интересов коллектива, в это время выбор профсоюзного лидера был чисто формальным, он часто просто назначался директором предприятия. Досталось и пролетариям за сквернословие, поэтому мимо квартальной премии они пролетели, хотя, положа руку на сердце, надо признать, что в том они не были виноваты, на производстве мат был составной частью речи. После того как возникший на голом месте конфликт был урегулирован, все вздохнули свободней, и зря, тут как в анекдоте, ложечки нашли, но осадок остался. Раньше-то люди не сильно присматривались, кому путевки в дома отдыха достаются, а теперь все: стоило только заикнуться о том, что члену партии выделили путевку в дом отдыха, и сразу начиналось брожение. Особенно этим отличался экспериментальный цех, рабочие теперь из принципа следили за распределением профсоюзных благ, и добро бы это осталось в Институте, но нет, перекинулось и на завод, а там пролетариев было куда больше, и вели они себя гораздо активней.
И так происходило не в каких-то конкретных местах, последнее время дух новых партийных отношений стал проникать и первичные партийные организации страны, все больше мелких «молодых» партийцев вдруг почему-то стали считать себя хозяевами жизни. Ироничный анекдот с оживленным Лениным теперь бил не в бровь, а глаз. Какой анекдот? А вот этот:
Ученые изобрели способ оживлять давно умерших, решили оживить Ленина. Оживили, и показывают ему все достижения в СССР, а он посмотрел и заказал себе комнату и все газеты с двадцать четвертого года. Утром заходят в комнату, а Ленина нет. Подумали и решили оживить Дзержинского, кто ж ещё найдёт своего соратника? Оживили. Тот потребовал всех выйти из комнаты, потом взял последнюю газету и подержал ее над лампой, а там проявился текст написанный молоком: "Феликс Эдмундович, надо всё начинать сначала! Я в Женеве."
- Василий Сергеевич, - ворвался в кабинет к первому секретарю Ленинградского обкома КПСС, Андрей Павлович, начальник отдела торгово-финансовых органов, - тут ЧП у нас вселенского масштаба.
- Рвануло где? - Всполошился Толстиков.
- Если бы, - махнул рукой расстроенный начальник, - представьте себе, вчера милиция бомжей отловила, которые на городской свалке промышляют. Совершенно опустившиеся личности, все человеческое потеряли, а вот клички себе с претензиями придумали, Антони, Сержио, Свалка. Последний, вообще кроме тошноты никаких чувств не вызывает, говорят даже уротропин (сухой спирт), пытался употреблять, после этого у него с мозговой деятельностью проблемы пошли, недаром свалкой прозвали. Так эти бомжи мешками сухую колбасу тащили. Сначала подумали, где-то склад продовольственный подломили, считают, что водится за ними такое, но те в несознанку, вроде как на свалке нашли. Никто естественно не поверил, но проверить то для протокола все равно требовалось, приехали на полигон бытовых отходов, а там действительно кто-то продукты выбросил, копченой колбасы около тонны и около трех тонн колбасы вареной. Представляешь себе такой расклад?
- Да ты что? – Охнул Василий Сергеевич. - Это же прямая продовольственная диверсия.
- Так, а я о чем? – Вскинулся Андрей Павлович. – Но вы дальше слушайте, оказывается на этот полигон уже несколько раз привозили на выброс продукты, но там небольшими партиями и с просроченным сроком хранения, но чтобы колбасу в таких количествах выкидывали… Теперь самое неприятное, слухи по всему городу давно ползут, что это из спец. магазинов продукция, мол, не сумели реализовать вовремя, вот и на свалку, чтобы с народом не делиться.
- Что за бред? – Насупился первый секретарь. – Надо этих распространителей слухов выявлять, забыли про пятьдесят восьмую статью?
- Это будет трудно, оказывается, не только на этом полигоне много народа подвизается, еще на трех и везде такая картина, естественно слухи быстро распространились.
- Вот бл@дь! Засады хоть выставили?
- А куда ж мы денемся? - Вытер испарину начальник отдела торгово-финансовых органов, радуясь что ему удалось переключить внимание Толстикова на текущие проблемы - Надо ловить диверсантов, оказывается, с продуктами такое постоянно происходит, случай не единичный.
