Потом надо будет еще зарубежные голоса послушать, там постоянно идут дискуссии о смене курса руководства КПСС, в том, что смена идет, там не сомневаются, мол, раз Жукова сняли, то часть власти военные потеряли. Наивные. Еще идут разговоры о Кубе, все комментаторы удивлены, что до сих пор там не могут навести порядок, и надеются в скором времени снова съездить туда на отдых. Ну, ну — хотеть не вредно, скажи им сейчас, что Куба это навсегда, заплюют. И как всегда, во все времена, даже в двадцать первом веке, крокодиловы слезы, куда ж без них, по поводу расстрела руководителей венгерского восстания. Посмотрим на их реакцию, когда дело дойдет до Фиделя, там быстро знак поменяется с минуса на плюс. А еще, насколько мне известно, после первой попытки ввода войск в Венгрию, советские войска были отозваны, так как восставших поддерживало большинство населения, вроде бы все, революция победила, всеобщая радость и братание, ан нет. Вместо того чтобы заняться созиданием, восставшие устроили резню, крышу от вседозволенности снесло, решили расправиться с коммунистами и сочувствующими. Естественно СССР такого позволить не мог, тем более, что Венгрия воевала на стороне гитлеровской Германии и положенных репараций не выплатила, войска были введены снова, но на этот раз не пытались увещевать неразумных, воевали без дураков. После этого многие резко прозрели…, но было поздно. Я так думаю, руководство СССР было в своем праве, и нечего потом кричать о жертвах, сами расстрелы и казни на улицах устроили, что хотели, то и получили.
— Докладывай, — Брагин откинулся на спинку стула.
— Заканчиваем проверку по второму списку, — начал Никифоров, открывая папку, — пока зацепок нет, потери памяти и изменений в поведении ни у кого не зафиксировано. Так же отработали часть списка три, по тем, кто по каким-то причинам выехал на другое место жительства, тоже безрезультатно. Сотрудники милиции, находившиеся на дежурстве в ночь с тринадцатого июня по четырнадцатое, опрошены, несоответствий журналу происшествий не выявлено. После того как отработаем по спискам, начнем работу с уголовным элементом, в данный момент формируем дополнительную группу, состоящую в основном из следственных органов, у них больше опыта и наработанных связей.
— А с участковыми отработали?
— Да, но трое в отпуске, опросим позднее, — кивнул майор, — возникли определенные трудности при работе в поселках "Совхозный" и "Железнодорожный", в данных районах процент уголовного элемента большой, а в связи с тем, что в июне мы проводили чистку, штатные информаторы были засвечены, пришлось их в срочном порядке выводить. Сейчас проводится работа по привлечению новых информаторов, но процесс этот не быстрый.
— Работа по привлечению? — Усмехнулся полковник. — Привлечешь их, как же, только когда на них пару статей повесишь, делиться нужной информацией начинают. Жестче работайте.
— Так мы и не миндальничаем, — пожал плечами Никифоров, — но быстро это все равно не сделать. Кроме того у нас там недостаточно внештатных сотрудников, а без них проводить поисковые мероприятия не получится.
— Стоп! — Брагин недовольно поморщился. — А это почему?
— Так сложилось, места беспокойные, работать трудно, поэтому ограничились минимумом.
— Доограничивались, — проворчал Брагин, — дай задание Бойко, пусть разработает план мероприятий по СекСотам в поселках, и если еще где-то "по минимуму", тоже пусть туда вставит. Дальше давай.
— Так это все, — вздохнул Никифоров, закрывая папку.
— М-да, не густо, — хмыкнул полковник, и посмотрел на смутившегося подчиненного, — ладно, не красней как девица. Намеченные мероприятия мы отрабатываем, ну а что пока нет результата, так их может и совсем не быть, наличие в нашем городе проводника, это только предположение, основанное на бреде умирающей умалишенной. Так что не переживай, работай дальше.
— Я тут вот что подумал, — начал майор, — а если мы исходим из неверных предпосылок?
— В смысле.
— Мы почему-то уверены, что проводник обязательно должен был находиться в момент перехода в таком же состоянии что и Демина. А что если это не так. Если припомнить что нам говорил врач про ее слова на первом обследовании, — Никифоров снова открыл папку и стал перекладывать протоколы, — вот: "Проводник с неожиданно сильным даром оказался, сам на себя все потоки перетянул, теперь к ней пришел зверек, а он будет спокойно жить, и хрен его найдешь". Получается, что при достаточном количестве каких-то потоков, проблем со здоровьем быть не должно.
— Хм, наверное, ты прав, — согласился Брагин, — но с другой стороны, попадая сюда, проводник не владеет всей информацией, он даже не знает, в чье тело вселился и, следовательно, для окружающих это будет выглядеть как потеря памяти. Так, что нам это дает? А дает нам это то, что направление поиска нужно корректировать, и основной упор делать на агентурную работу, искать странности в поведении людей.
