В этот раз всё было по-другому. Бабушка стояла в небольшой комнатке у огромного, на всю стену, зеркала и поправляла на себе платье, а усатый хлыщ стоял перед ней на коленях и умолял её на ломаном русском языке:
– Даша, я прошу тебя, беги. Они не оставят тебя в покое, они тебя сожгут как ведьму.
– Никуда я не поеду, – жестко ответила бабушка, – здесь могила моего сына.
– Нашего сына, – перебил её хлыщ, – нашего. Ради него, я умоляю тебя, беги. Я позабочусь о его могиле.
Дашу передернуло, и она захлопнула альбом.
– Всё понятно, это та самая история, о которой рассказывал Додо, только, похоже, в красках и с дополнительными нюансами. Всё – таки неприятная это вещь, подглядывать за людьми, узнаёшь много лишнего. Слишком много… И как это некоторым может нравиться?
От грустных мыслей Дашу отвлёк стук в дверь.
– Опять Пашка, – почему-то подумала она, – вот же наглая рожа. Ну всё, ему капец. Порву как тузик грелку.
Девушка решительно подошла к двери и с суровым выражением лица распахнула её. На пороге стояла Аня и улыбалась.
– Даш, ты чего такая суровая? Обидел кто?
– Боюсь, что обидеть меня невозможно, – задумчиво ответила Даша, – последствия тяжелыми будут.
– Как у Пашки?
– Как у Пашки. А ты откуда знаешь?
– Так мы утром на работу выезжали, а он от вас вылетел, как сумасшедший. Глаза как плошки, на голове скорлупа яичная. Кричит мол, у Дашки домовой разбушевался. Мы поржали да дальше поехали. До меня только в обед дошло, что может, нужно было к тебе зайти, да спросить всё ли нормально. А смотри, что я привезла, – как-то внезапно поменяла тему разговора подруга.
Женщина протянула девушке пакет, та сразу же заглянула в него.
– Колбаска, копчёненькая, ням-ням, – расплылась Даша в улыбке, – хоть одна приятная новость за день. Сколько я тебе должна?
– Ты что, с ума сошла? Это же я тебе должна. За Пашку. Я специально к фермерам зашла, домашнюю взяла. Ты же такую в детстве любила, помнишь?
– Блин, Аня, я же тебе сказала, – начала сердиться Даша, но потом осеклась.
Как-то раз, лет пять назад, когда бабушке привезли садовых гномиков для огорода, Даша очень возмущалась, что люди с головой не дружат и тащат к ним всё, что можно унести. Тогда бабушка сказала, что это людская благодарность и её нужно спокойно принимать.
– А давай, – девушка схватила пакет, – спасибо тебе, добрый человек, – она в шутку отвесила низкий поклон, как недавно это делал Леший, и спросила, – зайдёшь?
– Не, у меня же Пашка, – засмеялась Аня, затем не терпящим возражения тоном сказала, – всё, давай, пока, – и помахав рукой, пошла к калитке.
Даша помахала вслед подруге, закрыла дверь, вытащила колбасу из пакета, понюхала её, закатила глаза и громко сказала:
– М-м-м, вкуснотища. Моя колбаска, никому не дам.
– Ну и не надо, – ответил тут же домовой из-под стола, – мы такое не едим.
В животе у Даши заурчало, и она вдруг поняла, что сегодня ещё не ела. Девушка зашла на кухню, поставила чайник, порезала хлеба и колбасы, и поняла, что ей негде сесть. Недолго думая, она налила чай в кружку, поставила, на всякий случай на середину стола и мягко переместила стол к дивану в зал…
Только девушка устроилась и взяла в руки бутерброд, в дверь вновь кто-то постучал. Даша посмотрела на неё, на бутерброд, и тяжело вздохнув, откусила большой кусок.
– Это моя колбаска, – сказала она с набитым ртом домовому, который уже стоял у двери, – дверь не открывать.
Додо с удивлением посмотрел на девушку.
– Что? – спросила она, прожевав первый кусок, – надоели все, я есть хочу, – и откусила второй.
– А вдруг там у кого-то беда… А вдруг там кто-то нуждается в твоей помощи, – сказал Додо шепотом.
– Сейчас подкреплюсь, и пойду мир спасать, – ответила девушка, запивая еду чаем, – а то вдруг война, а я голодная.
– Типун тебе на язык, – замахал руками Додо, – какая война, тут со своими бы проблемами разобраться.
В дверь снова постучали. Домовой схватился за ручку двери, Даша запихала остатки еды себе в рот и показала кулак домовому. Быстро всё прожевав, девушка взялась за чашку и подумала:
– А что если представить, что двери нет и заглянуть за неё, посмотреть, кто там пришел?
Даша уставилась на дверь, и представила, как дерево истончается и исчезает. Она и вправду исчезла, но только наполовину, нижняя часть так и осталась деревянной, но желаемое было достигнуто, девушке было прекрасно видно, кто находится за дверью. А там стояла Таня, ожидая, когда ей откроют, и рассматривала свои ногти.
Даша, не сводя с Тани глаз, поставила чашку на стол, медленно подошла к двери и ткнула пальцем прямо в лицо подруге. Та ничего не заметила, а Даша почувствовала, что её палец уткнулся во что-то деревянное.
– Ух ты, здоровооо, – восхитилась она и распахнула дверь.
– Привет, – сказала Таня, – я к тебе.
– Подожди, – Даша отодвинула Таню в сторону и посмотрела на дверь со стороны улицы.
Дверь была обычной, деревянной и совершенно не прозрачной.
– Хм… Интересненько, – сказала Даша и посмотрела на дверь со стороны дома. Там, как и прежде виднелось половина Тани.
