– Весьма интересно было бы взглянуть, – снисходительно отозвался отец.
Я затаила дыхание. У старого продавца украшений был всего один глаз – яркий, пронзительный, пристально глядящий на папу.
– Что ж пойдем, глянем…
Вороны вдруг забеспокоились, принялись топтаться на своих шестках, распахнули крылья… Продавец положил на плечо собеседника сухую стариковскую руку…
И пропал!
И вороны пропали!
И лоток с украшениями пропал!
И папа пропал!
Только темные очки и остались валяться в траве…
Какое-то время я бестолково металась по ярмарке, силясь понять, что произошло. Папы не должны пропадать. Тем более среди бела дня. И тем более растворяться в воздухе!
– Вы не видели здесь одноглазого старика с двумя воронами? – спрашивала я людей, спешивших мимо. Но викинги смотрели на меня как-то странно. Некоторые почему-то даже посмеивались, как будто в странном исчезновении двух людей было что-то смешное! Один белобрысый мальчишка, с виду немного постарше меня, но щеголявший в настоящем шлеме, ехидно спросил:
– Шестиногого коня с ним случайно не было?
– Дурак! – крикнула я и побежала дальше на поиски, чуть не плача.
Что же случилось с папой?! Кто был старик, куда они исчезли?
Вдруг из-за одного из больших брезентовых шатров, в которых викинги складывали свои вещи и пили чай между мероприятиями, раздалось странное шипение.
«Только змеи тут не хватало! – успела подумать я.
А через миг увидела лошадь.
Очень красивая белая лошадь, под седлом, но без всадника, выглядывала из-за шатра. Я невольно поглядела на ее ноги – нет, не шестиногая…
– Пс-с, – прошипела белая лошадь, выразительно подмигивая.
Я сперва глазам своим не поверила. Не, почудилось! Разве лошади умеют подмигивать? Ей наверно соринка в глаз попала…
Лошадь подмигнула еще раз. Теперь – явно нарочно.
– Ой… это вы мне?
Лошадь мотнула головой, призывая меня подойти поближе. Я неуверенно двинулась в ее сторону.
Вообще на ярмарке было довольно много лошадей. На большой поляне около моста на них катали детей, да и некоторые воины гордо разъезжали верхом… Но только эта беляночка пряталась за шатрами, как будто опасаясь, что ее кто-то обнаружит.
Я подошла к ней поближе. Откуда бы здесь вообще взяться лошади? Небось, тоже потерялась в толпе, бедняжка, вот и прячется за углом, не смея высунуться… Ну да, вот и седло у нее на спине… теперь ее там ищут, с ног сбиваются…
«Надо отвести ее к мосту, – подумала я. – Не то еще испугается, убежит с ярмарки, попадет под машину…»
Я внимательно посмотрела на лошадь. Она показалась мне дружелюбной и дрессированной. «Не трогай бродячих животных! – всплыли в памяти предостережения мамы. – Никогда не знаешь, что от них ожидать!» Но ведь это же не уличная кошка, и не бродячая собака на рынке, а лошадь! Да еще такая красивая…
Я подошла поближе. Лошадь тут же наклонилась и подставила мне шелковистую гриву для поглаживания.
– Ах ты моя хорошая! – тут же принялась ворковать я.
Легконогая лошадка тут же склонила колени, как будто предлагая забраться в седло.
– Хочешь, чтобы я на тебе покаталась?
Лошадь, кажется, даже закивала.
В голове промелькнуло мимолетное сомнение. Один такой конь тоже всячески заманивал сесть к нему на спину – а потом взял да и нырнул в реку!
«Но тот келпи был черный и вредный, а эта лошадка – белая и милая», – решила я, и тут же забралась в седло.
Но едва я собралась сказать «поехали!», как позади что-то громко хлопнуло. Я обернулась и увидела, как за спиной лошади распахиваются два огромных белых крыла. Не успела я даже ахнуть, как лошадь взлетела. Сделав круг над Петропавловкой, она стремительно взмыла в облака.
Я с визгом вцепилась ей в гриву. Больше я ничего не могла сделать.
– Вернись! – кричала я. – Быстро спусти меня на землю!
Странное животное будто и не слышало меня. Лишь уносило все вышел и выше, прямо в облака.
– Куда ты меня тащишь?!
– В Асгард, – ответила лошадь насмешливым мужским голосом. – Держись крепче – лететь далеко!
Мы поднимались все выше и выше. Вот уже и Петербург превратился внизу сперва в игрушечный город, а потом в гугл-карту… Вот уже облака несутся прямо над нами, почти касаясь наших голов…
А волшебная лошадь, взмахивая крыльями, продолжала лететь вверх.
– Куда мы летим?! – крикнула я, крепко держась руками ей за шею. – Эй, Пегас, ответь пожалуйста!
– Сама ты Пегас! – со смехом ответила лошадь, ударила крыльями, и мы нырнули в облака.
Довольно долго вокруг не было ничего, кроме густого тумана. Я очень перепугалась, а вдобавок насквозь вымокла – ведь туман был холодный и мокрый. И вдруг все озарилось светом, и мы вырвались наружу!
Мы попали в такое удивительно место, что я даже забыла о страхе.
Под нами белели покрытые кудрявыми барашками облачные поля. А над нами, раскинув в голубом небе огромные ветви, зеленело гигантское дерево.
Я никогда в жизни не видела таких больших деревьев. Под каждым его листом можно было бы спрятаться от дождя. Исполинский, покрытый грубой морщинистой корой ствол выходил из облаков и терялся где-то в головокружительной вышине. По ветками прыгали олени, будто белочки.
