Я остановилась у подъездной двери и подняла взгляд на луну. Улыбнулась, кивнула. Решено. Я почему-то чувствовала, что в среду продюсер одобрит мою кандидатуру. Это была не самоуверенность и не надежда – просто предчувствие. На следующий день мы обязательно соберёмся это праздновать. И вот тогда, пока все будут думать, что я с ними, тихонько улизну из дома. Конечно, это было почти невозможно – незамеченной исчезнуть с глаз родственников и друзей, но в голове уже зрел план, и оставалось лишь доработать детали.
«Даже если Вы берёте сим-карту не для себя, нам всё равно нужен паспорт, чтобы её зарегистрировать. Вы можете записать её на себя, а потом отдать родственнику, ничего страшного».
Другого я, конечно, не ждала, но всё равно решила проверить. Вдруг бы получилось? Я слабо вздохнула и обогнала слишком медленного прохожего. Если мне потребуется телефон, чтобы заманить принца в ловушку, глупо было бы пользоваться своим номером. Тем более покупать новый по паспорту. Придётся искать нелегальную симку в другом месте.
Смартфон нетерпеливо пиликнул в кармане. Писал Влад. Прочитав сообщение, я рассмеялась и быстро набила ответ. Остроумный парень. Даже слишком. Не лицемерно ли это с моей стороны – беззаботно переписываться с тем, кого собираюсь пристрелить уже… послезавтра? Я покачала головой. Никакого лицемерия – просто разведка под личиной друга. Мало ли таких примеров в истории? Отбросив в сторону ненужные эмоции, спустилась в подземный переход. Вот здесь-то я и найду то, что мне нужно. Остановилась возле хмурого мужчины южного вида, предлагавшего карты всех операторов. Так просто. После короткого разговора и нужной суммы наличными я убрала в карман заветный пластиковый прямоугольничек. Готово. Теперь я могла при необходимости прислать ему смс и вызвать в нужное место, не оставляя следов для полиции.
На работу, конечно, опоздала. Влетев в «Кофе Тайм» через пятнадцать минут после открытия, под укоризненным взглядом Нади спряталась в подсобке.
– Что с тобой? – только дождавшись моего появления за стойкой, напарница приступила к допросу. Тон у неё был немного обеспокоенный и определённо заинтересованный. – На тебе лица нет. Это из-за завтрашнего концерта?
Концерта? Я перевела на неё непонимающий взгляд. Интересно, и правда так плохо выгляжу, или Надя меня провоцирует?
– Не выспалась.
– А, ну это бывает. Я вон сегодня вообще почти не ложилась, – защебетала Надя.
Рассказа о её ночных похождениях хватило на трёх обслуженных мной посетителей. Те с интересом прислушивались. Мне было всё равно. Сегодня мне приснилась моя будущая жертва: такой же голубоглазый, стриженый и мечтательный, как в жизни. Мы болтали во сне подобно старым приятелям – роль, одновременно подходившая нам и в то же время совершенно не соответствовавшая. Утром он написал мне – и понеслось.
Скорее бы всё закончилось.
Телефон снова звякнул, и я без воодушевления напечатала ответ. Попрощалась, сославшись на работу. С облегчением отложила мобильный в сторону.
– Что, поклонники пишут? – ехидно поинтересовалась Надя. – А Дима знает?
– Конечно. Он мне сам их выбирал, – с внешней невозмутимостью ответила я и села в уголок, следя за входом в отражении стеклянной витрины.
Надя изумленно обернулась на меня, фыркнула и подала посетителю американо с сахаром. Кивнув вместо «спасибо», мужчина вышел на улицу.
– Ты не собираешься работать?
Я равнодушно пожала плечами.
– Конечно собираюсь. Но пока вроде не с кем. – Слабо, чуть издевательски улыбнулась. – Вот подтянется народ, тогда пожалуйста.
– Договорились, – сердито отчеканила Надя и, сев за стойку, сложила руки на груди.
Я усмехнулась. Какая серьёзная. А ведь всего двоих обслужила. Я и то больше.
Сходив в подсобку за старой гитарой, которую взяла сегодня по какому-то наитию, начала наигрывать «Циферблат». Действительно, концерт уже завтра. Нужно готовиться. Надя, уже чуть менее обиженная, прислушалась. Развернулась ко мне. Песня трепетала в помещении кафе, завораживая разум. Закончив её, я перешла к «Листая эпохи». Это произошло само собой, наперекор установленной программе вечера. Песня так и просилась на пальцы, на язык, и я была не в силах ей противостоять.
Внезапно голову будто прошило разрядом. Одно из тщательно блокируемых воспоминаний ворвалось в мысли, и я окаменела, будто околдованная взглядом Медузы Горгоны. В сердце зашевелился страх, настоящий, неподдельный, парализующий волю. Это была жизнь, о которой я в обычное время не помнила, как будто её не существовало. Жизнь, слишком неправильная и печальная даже для меня, испытавшей все возможные страдания и виды смерти. Я закрыла глаза, и вместе с пробежавшей по телу дрожью прошлое накрыло меня с головой.
– Олеша, сынок, всё играешь? Пойдём ко всем. Скоро будем ужинать.
