Иногда любовь бывает более тяжким бременем, чем ненависть, и оказывается, что ее совсем недостаточно для того счастья, которое значит — понимание.
Тебе не объяснить,
Что ненавидеть слишком просто,
Трудней любить такую жизнь.
Такое время суток как утро, Лизелла ненавидела всю сознательную жизнь: гимнастика, медитация и тренировки для концентрации почему-то проводились в исключительную рань, и приходилось выбираться из жесткой, как солдатская, койки, невзирая ни на какие неудобства и самочувствие. А если еще и дежурство выпадало — в Храме, по корпусу или классу… Бр-р!
Конечно, с той поры кровать у нее стала более удобная, но это только еще больше усложняло процесс вставания. А возможностей поваляться в свое удовольствие у классной дамы, как оказалось, еще меньше, чем у учениц.
Нет! Надо срочно решать дело с переводом! Хоть куда, хоть к черту на рога — лишь бы там можно было позволить себе понежиться в мягкой постели хотя бы часов до девяти… К тому же, надоело изображать из себя цербера для юных магических дарований с одной стороны и быть на побегушках у высокого начальства с другой.
С тем же успехом она могла бы давать уроки кройки и шитья дома, не убивая молодость на обучение волшебству! О том ли она думала, о том мечтала, когда впервые осознала свой дар?
Лизелла уныло натянула уставное одеяние, лично у нее ассоциирующееся с траурным облачением в родном Эгине, воткнула первую попавшуюся шпильку в тяжелый узел волос и без энтузиазма признала, что рабочего настроя как не было, так и нет. Не говоря уж о готовности грудью встать на борьбу с темными силами, переговорами с коими и обусловлена нынешняя экстра ранняя побудка и ворох дополнительных дел. Людей не хватало, поэтому вместо исполнения своих ежедневных обязанностей, Лизелла была временно откомандирована к аппарату Совета.
По-хорошему, стоило бы не упустить эту возможность обратить на себя внимание руководства, но как? Воображение тут же нарисовало, как она запросто раскрывает перед Главой Совета коварный план черного мага, спасает кому-нибудь из членов Совета жизнь в последний момент, могучим чародейством повергает в прах врага и лорд Робер, конечно же, незамедлительно делает ее своей правой рукой, ибо нельзя держать такой талант на задворках…
Лизелла бросила последний перед уходом взгляд в зеркало и с сожалением признала, что стала похожа на канцелярскую мышь в обмороке, а выражением лица могла посоперничать с водовозной клячей! Тогда как куда более верным средством получить теплое местечко, стало бы общение с кем-нибудь из высокопоставленных магов в приватной обстановочке с далеко идущими последствиями. Все мы люди, все не без греха, однако к своим двадцати годам Лизелла еще не избавилась от предрассудка, что вступать в подобную связь следует исключительно по любви и взаимному согласию.
Увы, пока это оставалось единственной привилегией.
Внезапное предложение о переговорах мягко сказать заинтриговало Светлый Совет. Жаркие споры о том стоит ли на них соглашаться вообще, где, как, когда и что бы это могло означать, не прекращались по сей день, когда маг уже должен был объявиться.
Он великодушно позволил Совету выбирать место встречи, разумеется, исключив лишь Анкарион, и на предложенный вариант согласился сразу, всячески демонстрируя добрую волю. Это-то и было подозрительно. В благодушной глупости черного упрекнуть было трудно.
Встреча должна была состояться в небольшом охотничьем домике под Лассором: в случае столкновения опасность для мирных жителей сводилась к минимуму, а темный оказывался на чужой территории и довольно близко к одной из башен, пусть и не главной.
К тому же, об этом месте ему было сообщено в последний момент, и времени, что бы устроить какую-нибудь зловредную пакость у колдуна не оставалось. Однако Совет предусмотрительно подготовился к любым неожиданностям. Такое впечатление, недовольно поджимала губы Лизелла, проверяя посты, что они готовятся к осаде всей темной армией — не меньше.
Или к полномасштабным военным действиям. Хотя, разве можно быть в чем-нибудь уверенным, когда дело касается Черного лорда! Судя по исходным данным, полученным на инструктаже, речь идет об исключительно опасном и непредсказуемом противнике, который сам стоит целой армии.
Возвращающуюся девушку обогнали трое всадников. «Курьеры, наверное, или из геройствующего состава», — подумала Лизелла, чихнув от пыли. Героев она не любила, считая либо людьми недалекими, либо авантюристами.
«Да когда же этот колдун объявится! Когда же закончиться вся эта суматоха, и можно будет спокойно посидеть над книгой… Вернуться к своей лабораторной…»
Лизелла усмехнулась, признав, что видимо, ей и правда пора отдохнуть, а то настроение у нее меняется, как у капризной мазельки. Скоро на людей бросаться начнет.
— Да где тебя носит! — вместо приветствия выпалил Норт, хватая задумавшуюся девушку за руку, — Марат тебя в землю вобьет!
