Вот фотография Аате в газете. Он в кепочке, в свитере, на свитере — эмблема спортивного общества «Буревестник». Газета пишет о том, что 16 февраля в Петрозаводске в районе перевалочной биржи (ныне Перевалка) состоялось большое соревнование лыжников на первенство города. Участвовало более ста пятидесяти спортсменов. Мастер спорта Аате Питкянен («Буревестник») прошёл двадцать километров за один час семь минут двадцать восемь секунд. Таким образом, он превысил результат лыжного первенства СССР, который равнялся одному часу семнадцати минутам тринадцати секундам.
На соревновании присутствовали Тойво Антикайнен и Адольф Тайми, видные революционеры, несгибаемые коммунисты, выпущенные из финской тюрьмы в 1940 году после окончания зимней войны. Они пришли на старт «поболеть» и горячо приветствовали победителей.
С 23 по 25 февраля 1941 года в Петрозаводске состоялся Первый народный лыжный праздник. В нём приняли участие не только спортсмены Карело-Финской ССР, но и знаменитые лыжники страны. Очевидцы вспоминают, что это был подлинно народный праздник, а о Петрозаводске говорили, что он является кузницей лыжного спорта.
И вот подведены итоги, вручены под гром оркестра подарки победителям. Среди чемпионов праздника — Аате Питкянен! Он был первым в слаломе, его назвали самым быстрым лыжником Карелии. Но Аате не только лихо спускался по крутому склону, он был ещё и летающим лыжником. «Большое внимание зрителей, — писала главная республиканская газета „Ленинское знамя“, — привлекли прыжки с трамплина. Первое место у Бориса Носова, второе и третье места заняли Матти Яскеляйнен и Аате Питкянен. Оба они прыгнули на 28 метров».
Тогда же, зимой 1941-го, все трое принимают деятельное участие в разработке чертежей передвижного железного трамплина для Всесоюзного парада физкультурников в Москве, следят за его изготовлением. Аате всем троим делает лыжи на роликах, и весной друзья начинают тренировки на этом доселе невиданном трамплине, стремясь довести прыжок до пяти-семи метров. Старались изо всех сил. Их номер, считали они, должен стать самым эффектным в выступлении делегации молодой Карело-Финской Советской Социалистической Республики. Старались изо всех сил: ведь на них будет глядеть и им аплодировать Великий Сталин!
В 1940 году из Ярославля в Карелию направляют Юрия Владимировича Андропова. 3 июля его избирают первым секретарём ЦК комсомола Карело-Финской ССР.
Наступившей зимой Андропов уже знал Питкянена. В традициях комсомола всегда была забота о спорте и спортсменах. Не один раз Аате получал из рук Андропова грамоты, ценные призы. Умный, наблюдательный Андропов, очевидно, сразу приметил одарённого спортсмена и, конечно же, поинтересовался его биографией.
Январь и февраль 1941 года — счастливое время. Аате и Лиля любят друг друга, как в первый медовый месяц. Они фотографируются и посылают снимки в Бузулук, в Канаду. Аате — в широком галстуке, Лиля — в нарядном тёмном платье с красивыми блестящими пуговицами. Надпись на тыльной стороне фотографии: «На память моим любимым родителям от дочки Лили и сына Аате». Следующая строка написана рукой Аате по-английски: «Помните, что хоть мы и далеко от вас, но мыслями мы с вами. 29.01.1941 г. Петрозаводск. Л. Питкянен. Аате».
Обращают внимание слова «от сына Аате». Тут можно предположить два толкования. Первое: у Аате не ахти как складывались отношения с родителями Лили. Запуганные репрессиями тридцать седьмого и тридцать восьмого годов, затурканные шпиономанией, поверившие в хитроумную агрессивную политику империализма, они, скорее всего, настороженно относились к зятю, приехавшему из Канады. К тому же у него такое странное имя. Хотя Лиля им не раз втолковывала, что Аате переводится как «идеал» и что её муж — на самом деле идеальный парень, убеждённый комсомолец.
Возможно и другое: родители Лили, Павел Макарович и Ольга Кондратьевна Царёвы, полюбили этого трудолюбивого белокурого парня с очаровательной, доброй улыбкой, увлечённого спортом.
«Об отце мама много рассказывала, — писал мне Альфред из Москвы. — Многое я запомнил. Запомнил, что отец в Бузулуке не ходил на работу пешком, а бегал, причём расстояние от нашего дома до завода большое, из одного конца города в другой. По утрам отец занимался гимнастикой. Закончив упражнения, обливался из ведра холодной водой, а потом долго растирался вафельным полотенцем. Мама рассказывала мне это часто-часто, видимо, для примера, чтобы и я шёл по стопам отца.
Ещё она говорила, что он мечтал о сыне. Если родится сын, то как только подрастёт, как только начнёт ходить, он, отец, сразу же поставит сына на лыжи. И ещё: он будет говорить с сыном только на английском».
…Война перечеркнула все мечты. Начался новый отсчёт времени.
Питкянена не призывают в армию. Ему дают бронь, и он увозит беременную Лилю в далёкий Бузулук к родителям. День, два он с ними. Надо возвращаться, надо спешить: идёт война.
