Давшая клятву полностью

Хейвен вытащила из колчана другую стрелу. Ее сбившееся дыхание грохотало в ушах. Оба существа сидели и пыхтели, вывалив из пастей длинные, покрытые черными пятнами языки. У каждой твари были треугольные уши, плотно прижатые к крепкому черепу.

Твари молча наблюдали за девушкой, лишь изредка тихо поскуливая.

Воздух был таким холодным, что каждый вдох резал горло словно осколки стекла. Хейвен вскрикнула, когда в воздухе замелькали тени – вороны целыми сотнями с визгом и карканьем садились на деревья.

Откуда они взялись?

Хейвен не успела найти ответ на этот вопрос, потому что весь мир вокруг нее исчез, оставив лишь ощущение чьего-то присутствия. В этот самый момент страх вскипел в ее венах – глубокий, первобытный ужас, которого она никогда раньше не испытывала.

У нее не получалось победить этот страх, прочувствовав его. Он становился все сильнее и сильнее.

Пока практически не парализовал ее.

Толстая ветка под ногами Хейвен задрожала под весом чего-то – чего-то достаточно тяжелого, чтобы пригнуть ее вниз.

Девушка затаила дыхание, уверенная, что ветка сломается, но, спасибо Монстру Теней, ветка просто сильно согнулась и осталась так.

Собравшись с духом, Хейвен повернулась лицом к этому. Что бы это ни было. Мерцающие очертания дрожали в воздухе, но когда девушка прищурилась, пытаясь разглядеть получше, фигура слегка изменилась – словно поддразнивая ее.

Хейвен напрягла зрение и наконец сумела увидеть нечто, напоминающее длинноногого… мужчину. Затем очертания фигуры вновь исказились, появляясь и исчезая из поля зрения.

Так же, как поступала сотни раз до этого, Хейвен выдохнула, выпуская свой ужас на волю.

Каждое Порождение Тени можно убить, если знать, куда и как нанести удар. Так или иначе, у Хейвен не было времени обнаружить его уязвимые места, поэтому она отбросила всякую осторожность.

Стрела указывала туда, где, как девушка предполагала, находилось его злое сердце.

– Я вижу тебя, – прошипела Хейвен. Твари внизу зарычали, когда она натянула тетиву лука. – Покажись, Порождение Теней.

Он медлил, и ее сердце бешено заколотилось в груди. Возможно, ей померещилось. Возможно… возможно, Поглощение каким-то образом преодолело защиту ее рунного камня. Возможно, темное колдовство лишило ее разума.

Существовал лишь один способ это выяснить. Ухмыльнувшись словно безумная, Хейвен пробормотала молитву и выпустила стрелу.

Звон тетивы, так привычный слуху, заставил сладко петь струны души Хейвен. Сверкая железным наконечником, стрела полетела прямо в видение – и замерла в воздухе.

Стрела ощутимо завибрировала, ее древко стало превращаться в темный шар, из которого во все стороны полезли черные перья. Но лишь когда наконечник стрелы превратился в изогнутый клюв и появились когти, Хейвен поняла, что она видит.

Стрела превратилась в… ворона.

Ворон-стрела дважды каркнул, взмыл в воздух, а затем приземлился на то, что, по предположениям Хейвен, было плечом существа.

Не существа. Порождения Теней. А это означало, что она могла убить его.

И все же в душе Хейвен зародились сомнения. Никогда раньше Порождения Теней не творили колдовство.

А вороны? Вороны были предвестниками могущественной магии и зла.

Стиснув зубы, Хейвен потянулась за своей последней зачарованной стрелой. Но не успели ее пальцы нащупать древко, как раздалось шипение. Прямо в руках девушки лук из полированного вишневого дерева нагрелся и стал извиваться, превратившись в светло-зеленую змею с белым подбрюшьем, гладким, как резная слоновая кость. Розовый раздвоенный язык выстрелил в воздух.

Невероятно.

Скорее изумленная, чем испуганная, Хейвен швырнула змею под ноги и увидела, как та поползла к размытой фигуре… теперь прекрасно различимой, очень четкой фигуре человека.

Даже небрежно присев на одно колено, он возвышался над Хейвен, его взъерошенные волосы были цвета выбеленной кости, а кожа – бледной и светящейся, как луна. Голову венчали массивные черные рога, такие темные, что, казалось, поглощали свет. Они поднимались от висков и плавно закручивались спиралью, следуя изгибу черепа.

Но внимание Хейвен привлекли бледно-серебристые глаза мужчины, широко расставленные и глубоко посаженные под двумя бровями цвета оникса. Вокруг прозрачных радужек ярко светилось желтое кольцо, и Хейвен вдруг поняла, что ее тянет к этому сиянию, как заблудившегося охотника тянет к теплу костра.

Где-то в глубине души Хейвен осознавала две противоречивые истины. Во-первых, ей повстречался самый красивый и самый ужасающий мужчина, которого она когда-либо видела в жизни. А во-вторых, это был вообще не мужчина.

Это было некое существо.

На самом деле, она бы меньше испугалась, если бы у него был мех, когти и ряды острых зубов. Тогда его физический облик соответствовал бы ужасу, потоком раскаленной лавы прокатившемуся по ее венам, вызывая желание убежать.

Спрятаться.

И все же, несмотря на охвативший ее страх, Хейвен почувствовала любопытство… которое когда-нибудь станет причиной ее погибели – и хотелось верить, что не сегодня.

– Кто ты такой?