Мы действительно заинтригованы, поскольку думали, что хорошо его спрятали. Он незначителен по сравнению со множеством других миров.
Вуаль бездельничала в палатке-таверне вместе со своими людьми. Закинув ноги в ботинках на стол, она раскачивалась на стуле и слушала, как вокруг бурлит жизнь. Кто-то трепался за выпивкой, кто-то прогуливался снаружи, громко болтал и сыпал шутками. Она наслаждалась теплым, обволакивающим гомоном соплеменников, которые превратили этот каменный склеп в нечто живое.
Ее по-прежнему обескураживали размеры башни. Ну как же мог кто-то построить такое огромное место? Уритиру бы «проглотил» большинство городов, где побывала Вуаль, даже не ослабив пояс.
Что ж, лучше о таком не думать. Надо избегать всех вопросов, которые увлекали письмоводительниц и ученых. Это единственный способ сделать что-нибудь полезное.
Взамен она сосредоточилась на людях. Их голоса сливались, и все вместе они выглядели безликой толпой. Но если сосредоточиться на отдельных лицах, то можно разглядеть их по-настоящему и обнаружить сокровищницу историй. Такие разные жизни, и каждая — отдельная маленькая загадка. С бесконечным количеством деталей, как Узор. Приглядевшись как следует к его фрактальным линиям, можно было обнаружить, что у каждой маленькой гряды своя структура. А присмотревшись к человеку, можно увидеть его уникальность — то, как он не вписывается полностью в любую категорию, куда первым делом хочется его определить.
— Итак… — раздался голос Рэда. Он разговаривал с Ишной. Вуаль привела сегодня с собой троих, чтобы шпионка их обучала. А сама Вуаль собиралась слушать, учиться и попытаться понять, достойна ли эта женщина доверия, или же ее кто-то подослал. — Это все очень здорово, — продолжил Рэд, — но когда же мы начнем учиться всяким штукам с ножами? Не то чтобы мне не терпелось кого-то убить. Просто… ну, ты понимаешь…
— Что я понимаю? — спросила Ишна.
— Ножи — это клево.
— Клево? — повторила Вуаль, открывая глаза.
Рэд кивнул:
— Клево. Ну, ты понимаешь. Невероятно, искусно, но при этом так изя-а-а-а-щно.
— Все знают, что ножи — это клево, — прибавил Газ.
Ишна закатила глаза. Невысокая девушка носила хаву, закрывавшую защищенную руку и слегка украшенную вышивкой. Ее манера держаться и платье указывали, что она — темноглазая относительно высокого положения в обществе.
Вуаль привлекала больше внимания, и дело не просто в белом жакете и шляпе. Мужчины прикидывали, стоит ли к ней подойти, чего никто не делал с Ишной. То, как она себя вела, ее аккуратная хава — все это их отпугивало.
Вуаль сделала глоток, наслаждаясь вином.
— Уверена, вы слышали всякие жуткие истории, — сказала Ишна. — Но искусство шпионажа не связано с поножовщиной в переулках. Я сама не знаю, что следует делать, если понадобится пырнуть кого-то. — Трое мужчин пали духом. — Шпионаж заключается в аккуратном сборе сведений. Вы должны все замечать так, чтобы вас никто не заметил. Нужно иметь достаточно приятный вид, чтобы с вами заговорили, но недостаточно интересный, чтобы вас запомнили.
— Ну, значит, Газ не подходит, — буркнул Рэд.
— Ага… — согласился Газ. — Настоящее проклятие быть таким, буря меня побери, интересным.
— Вы двое, не заткнетесь? — вмешался Ватах. Долговязый солдат подался вперед, его кружка с дешевым вином стояла нетронутая.
— Как? — спросил он. — Я высокий. Газ одноглазый. Нас запомнят.
— Вы должны научиться направлять внимание на те черты внешности, которые можно изменить, отвлекая его от тех, которые изменить нельзя. Рэд, если ты наденешь повязку через глаз, эта деталь застрянет у кого-то в памяти. Ватах, я могу научить тебя сутулиться так, чтобы твой рост не был таким явным, а если ты прибавишь к этому необычный акцент, люди о нем и вспомнят, описывая тебя. Газ, тебя я бы поместила в таверне изображать мертвецки пьяного. Никто и не заметит повязку; на тебя не обратят внимания, потому что примут за пьянчугу. Но это к делу не относится. Начинать надо с наблюдений. Если вы хотите быть полезными, то научитесь быстро оценивать местность, запоминать детали и докладывать о них. Закройте глаза.
Они с неохотой подчинились. Вуаль сделала то же самое.
— Теперь, — продолжила Ишна, — может ли кто-то из вас описать посетителей таверны? Не подглядывайте, пожалуйста.
— Э-э… — Газ почесал повязку. — У стойки есть одна милашка. Наверное, тайленка.
— Какого цвета ее блуза?
— Хм. Ну, она с низким вырезом, и у нее красивые… эмм… камнепочки.
— Тут есть один очень уродливый малый с повязкой на глазу, — сказал Рэд. — Коротышка, надоедливый такой. Пьет чужое вино, когда никто не видит.
— Ватах? — спросила Ишна. — А ты что скажешь?
— По-моему, у стойки есть какие-то парни в униформе… кажется, Себариаля. А в общем занята примерно половина столов. Но я не могу вспомнить, кто за ними сидит.
— Неплохо. Не думала, что вы с этим справитесь. Людям свойственно не обращать внимания на такие вещи. Но я вас обучу, так что…
