Даже если всему придет конец полностью

Широкополосный интернет. Можно подключить его. Можно купить дрова. Можно заплатить кому-то за валку леса. Широкополосный интернет. Вот оно.

Можно подключить оптоволоконный широкополосный интернет от DalaEnergi.

Я вскакиваю на ноги, говорю Кароле:

– Не бойся, дорогая, я с этим разберусь. Жди здесь.

Целую Бекку в мокрый от пота лобик и бегу назад в Эстбьёрку.

Дым гуще, чем был совсем недавно, это уже больше не горьковатый загрязненный воздух, теперь его можно различить, увидеть, как он клубится, завиваясь кольцами, и огибает деревья. Я стараюсь не нестись во весь дух, бегу спокойно, размеренно, держу темп, который смогу сохранять на протяжении нескольких километров, не доходя до слишком высокого пульса.

Доска объявлений все там же, я верно запомнил: между DalaEnergi и ежегодным собранием общества владельцев загородных домов кто-то с помощью строительного степлера закрепил пластиковый файл с распечатанным объявлением «Квадроцикл – цена обсуждается – Коре 070-85 58-23-45», а под текстом фото оранжевого сверкающего жука, снабженного здоровенными колесами с крупным рисунком протектора и двумя скошенными злобными глазками.

Пытаюсь дышать ровно, не обращая внимания на дым. «Забудь, что бежал, забудь, что оставил Зака незнакомым людям и даже не взял их номер, забудь, что Бекка лежит и плачет там в маске. Это очень хитроумно, наконец-то ты сделаешь что-то действительно хитроумное, продолжай в том же духе».

Я встаю в тень и достаю телефон, вытираю экран о бедро, на автомате проверяю лайки, прежде чем вбить первые цифры 070–85–58, но потом останавливаюсь, сбрасываю. Нет. Захожу в карту, увеличиваю Эстбьёрку, пишу «КОРЕ».

Находится только «Левандер, Коре Ингмар», дом в пятистах метрах от меня, и когда я пытаюсь увеличить картинку, чтобы получше рассмотреть дорогу, экран застывает и вырубается, но в этот момент я уже бегу, голубая табличка с надписью «КОНЕЦ ДОРОГИ ОБЩЕГО ПОЛЬЗОВАНИЯ», а дальше в лес уходит грунтовая дорожка.

Едва завидев показавшийся среди пожухлых крон дом, я отчетливо понимаю, что не ошибся, это не какая-нибудь времянка для гостей на лето, передо мной добротная домина, два этажа из дерева сияют белизной, синие наличники, солнечные батареи на крыше; подойдя ближе, я замечаю свежевыструганную террасу, два глубоких дивана помпезного вида рядом с овальным бассейном, накрытым новеньким тентом, таким, который скручивается одним нажатием кнопки, в углу у стены огромная летняя кухня с газовым грилем размером с космический корабль, я о таком доме всегда мечтал, а мой папа с легким налетом отвращения назвал бы его понтовыми хоромами. Захожу за угол дома и вижу обустроенный с размахом сад со свежепосаженными яблонями, теплицей, двумя гамаками на стойках, установленными в тени аккуратно подстриженной сливы. Робот-газонокосилка сонно наворачивает круги по сухой пожелтевшей лужайке.

Иду дальше, за следующим углом, по ту сторону от дома – парковка, прицеп для моторки, брезент, но ни одного транспортного средства. Сарайчик для инструментов, построенный в том же стиле, что и дом, белый с синими наличниками, я подбегаю к двери, она шириной с гаражные ворота, на ней большой серебристый навесной замок, я беру его в руку и какое-то мгновение прикидываю вес раскаленного под солнцем куска металла.

Решение приходит мгновенно: гамаки; я бегу к ним, снимаю широкий, манящий отдохнуть гамак, смотрю на стойку, такой же роскошный гамак встречался мне как-то в одном эксклюзивном курортном отеле. Я там видел, как персонал его устанавливал: стойка из простых металлических трубок, которые легко скручиваются вместе, их так же легко разъединить, полая метровая труба легко ложится в руку и греет ладонь; трусцой перебегаю к террасе у бассейна, там большие красивые панорамные окна.

Секундное сомнение, мысль о страховой компании, деньгах, пенсионных инвестициях, которые придется распродать, потом образ Бекки, лежащей в коляске и кашляющей, голенькое тельце, ляжки-сарделечки торчат из подгузника, широко распахнутые покрасневшие глазки над маской, я размахиваюсь трубой, как тяжелой и прочной клюшкой для гольфа, и бью прямо в окно.