Алхимические опыты затянулись более чем на неделю, хозяин грозился выселить меня за вонь химикатов и палёной кожи. Закупки сырья для фальшивки пришлось повторить, весь первоначальный запас я честно испортил… В итоге Матильда получила в нагрузку ещё одну сумку с «древними» документами, а маршрут наш круто свернул: вместо Амстердама мы двинулись на Роттердам. Там я надеялся встретиться с человеком, в наибольшей степени подходившим для реализации грандиозных и, что греха таить, достаточно авантюрных планов.
А ещё казалось, что откуда-то издали за мной следит пронзительный взгляд инфанты Исабель. С детским максимализмом она осудила бы изготовление кожаной обманки, но точно бы вдохновилась размахом задуманного. Обожди, девочка, я скоро сумею удивить. И не тебя одну.
– Сеньор, отчего такое изменение планов?
Вынырнув из своих дум и грёз, я с любопытством глянул на напарника. Последние дни Паша пребывал в некой прострации, витал незнамо где. Ладно – у меня безумные прожекты. Что же затеял мой единственный друг? Но отвечать вопросом на вопрос – это не по-еврейски, а по-хамски.
– Общаясь с купцами, когда кожи закупал, слышал несколько раз такую фамилию – Йохан ван Олденбарневелт.
– Ага… И я слыхал.
– Славят его в Утрехте. Желают видеть штатгальтером всех северных Провинций. Главное же, считается он человеком решительного склада, настроен вести войну с Испанией, Англией и Португалией за доступ Нидерландов к заморским колониям.
– И вы намерены соблазнить его походом к западным землям? Не знаю…
– И я не знаю. Но расчёт у меня созрел. Я сам добуду золото на снаряжение четырёх или даже пяти кораблей. Но верхом на золоте не поплывёшь. Нужны сами корабли, обученные команды и небольшая армия, сорок-пятьдесят морпехов на каждом. Легкие пушечки, чтоб можно было ствол и лафет на шлюпках отвести на берег. Лошади, на том берегу их не знает никто. Я уверен, золото там в избытке. Но кто же отдаст его? А под дулами пушек с зажжёнными фитилями – добровольно и с песней.
– А у них пушки есть?
– Правильно ставишь вопрос. Нету. Не знают они ничего огнестрельного. Поэтому пальнуть придётся поверх голов, для острастки.
А если полезут драться, то и в толпу, по живым людям, присвоив себе мрачную славу Кортеса и конкистадоров. Заодно и Христофора Колумба с Америго Веспуччи. Назовут Новый Свет не Америкой, как-то иначе. Например – Дебюссией… Нет, не звучит, слишком похоже на Дебилию. Лучше от д’Амбуаз – Амбуазией. И аббревиатура США будет расшифровываться как «Соединённые Штаты Амбуазии».
Ещё одна фальшивка.
– …Не менее двадцати! – выкрикнул дон Альфредо, вырвав меня из легкомысленных мечтаний, какое из своих имён дам двум материкам.
Дорогу перегородили всадники, числом превосходящие нас раза в два или более.
Мы за пару часов отмахали от Утрехта приличное расстояние. Копыта крушили тонкий ледок на лужах, вокруг простирался сельский пейзаж с убранными полями и ветряными мельницами. Таких проверок на дорогах мы перенесли уже около полудюжины, но вдруг среди этой пасторали сердце сжалось от гадкого предчувствия. С момента, как я заколол испанского полковника, всё складывалось слишком уж гладко, везение – штука статистическая, рано или поздно заканчивается, несчастные случаи рано или поздно компенсируют счастливые совпадения.
– Альфредо – все назад! Ногтев – справа! Жозеф – слева, будешь переводить. Если начнётся заварушка, тикай и смотри издали.
– Stoppen! – крикнул предводитель, исчерпав запас понятных мне слов, и что-то ещё повелительно буркнул.
– Требует назваться, мой господин.
– Полномочный представитель его величества короля Генриха Наваррского граф Луи де Клермон, сеньор де Бюсси д’Амбуаз. Кто посмел преградить мне дорогу?
Жозеф послушно что-то пробормотал, повторив моё имя, кавалерист не расслышал и потребовал повторить. Весь эффект от громко заявленного титула, а они имеют значение где угодно, полностью растаял из-за мямли-слуги. Удавлю сопляка!
Командир отряда, светловолосый детина с непокрытой головой и длинными светлыми волосами, более похожий на скандинава, нежели уроженца Фландрии, о чём-то быстро переговорил с товарищами. Мой вопрос он проигнорировал.
– Тот господин спрашивает, что за испанцы с нами, мой господин.
– Это – нанятая мной охрана. Я повторяю – кто посмел стать на моём пути? Прочь с дороги!
На этот раз конный викинг не дождался, пока Жозеф закончит мямлить перевод, и произнёс короткую энергичную речь. Тут уже помогал подъехавший дон Альфредо.
– Говорит, они – граждане свободных Провинций Севера и убивают всех увиденных испанцев. Вас пропустят, а нас… Мы будем сражаться.
Ясно. Непримиримые экстремисты хуже ирландских католиков из ИРА.
– Все мы будем сражаться. Жозеф! Объясни этому белобрысому недоноску, что испанцы находятся под покровительством короля Генриха Наваррского, союзника нидерландских кальвинистов. Мы возвращаемся к пенсионарию Утрехта, он гарантировал нам свободный проезд. Переводи! И сразу тикай в сторону, не мельтеши.
