Сегодня об этой роли писать тем более необходимо, что англосаксы (и их «пятая колонна» в РФ) все шире развёртывают пропагандистскую кампанию, цель которой приравнять гитлеровский режим к сталинскому и возложить на СССР такую же (если не больше) ответственность за развязывание Второй мировой войны, как и на Третий рейх; ну и само собой, обгадить нашу победу и вытолкнуть Россию из числа великих держав-победительниц. Вспомнить бы англосаксам поговорку: «Не бросай камни, если живешь в стеклянном доме», ведь исследования последних десятилетий со стеклянной ясностью показывают активную роль США и Великобритании в разжигании мирового пожара, в приведении Гитлера к власти, в накачивании военных мускулов Третьего рейха для удара по СССР, в стравливании Германии и СССР, в провоцировании Японии. Но «британско-американская свастика» в прямом и переносном смысле — это отдельная тема, и мы к ней обязательно обратимся к «радости» наших бывших союзников, а сейчас вернёмся к книге Марса.
После сражения на Курской дуге (июль-август 1943 г.) стало ясно, что Третьему рейху не устоять. Однако ещё в марте 1943 г. нацистское руководство в лице Бормана начало готовиться к «жизни после смерти», разрабатывая планы эвакуации верхушки рейха и награбленного богатства. Поразительный факт: уже весной 1944 г. в Европе вышла книга известного в то время корреспондента Курта Рейса «Нацисты уходят в подполье». В ней детально описывались нацистские планы политического выживания (не говоря о физическом) в послевоенном мире.
«Они (нацисты. —
Согласно Рейсу, первые сомнения по поводу судьбы рейха возникли у его руководства ещё до разгрома Шестой армии под Сталинградом. 7 ноября 1942 г., всего лишь через два дня после высадки союзников в Северной Африке, в Мюнхене состоялась встреча Гиммлера и Бормана. Гиммлер сказал следующее: «Возможно, что Германия потерпит военное поражение. Возможно даже, что ей придется капитулировать. Но никогда не должна капитулировать Национал-социалистическая рабочая партия Германии. Именно над этим мы должны отныне работать». С этого момента начинается борьба между Гиммлером и Борманом за руководство созданием послевоенной глобальной нацистской сетевой структуры; в июле 1944 г. она достигнет предельной остроты, но победит Борман, т. е. не (нео)орденские, а партийные структуры рейха в союзе с финансистами.
В мае 1943 г. несколько крупных немецких промышленников встретились у Круппа в замке Хюгель близ Эссена. Было принято решение начать внешне дистанцироваться от нацистского режима — так будет легче работать после войны. «Развод» с самого начала был фиктивным, поскольку всё делалось с согласия верхушки рейха, в частности Геринга. Впрочем, не Геринг и не Гиммлер занимались реальной подготовкой эвакуации режима, а Мартин Борман.
Марс представляет следующую биографию Бормана: родился в 1900 г.; воевал в артиллерии (Марс, к сожалению, не упоминает, что, по некоторым сведениям, во время войны Борман попал в плен, провёл два года в Харькове, где, кстати, у его деда в XIX в. был «бизнес»). По возвращении в Германию Борман вступил во Фрайкор, отсидел в 1924 г. год в тюрьме за убийство своего бывшего школьного учителя, которого Борман счёл предателем; затем вступление в НСДАП и довольно быстрая карьера. После полёта Гесса (май 1941 г.) Борман, которого называли «Макиавелли за письменным столом» (Ева Браун — более хлёстко: «сексуально озабоченная жаба»), становится «наци № 2», а в 1943 г. обретает полноту контроля и над партией, и над экономикой рейха, включая работы по сверхсекретным техническим проектам. При этом ему удалось вырвать экономику из рук Гиммлера: он убедил Гитлера запретить шефу СС отдавать приказы гауляйтерам по линии СС.
