Действительно в публикациях Александра Исаевича имеются намёки и даже утверждения о возможности сотрудничества с КГБ целого ряда лиц: А. Дольберга (Д. Бурга)[456], И.И. Зильберберга[457], Л.З. Копелева[458], П. Личко[459], братьев Ж.А. и Р.А. Медведевых[460], Л.А. Самутина[461]. В. Чалидзе[462], М.П. Якубовича[463]. В печати высказывались подозрения относительно и некоторых других лиц, с которыми прямо или опосредованно контактировали писатель: это В.Е. Максимов, М.В. Розанова, А.Д. Синявский, Е.Г. Эткинд[464].
О том, насколько все эти подозрения и обвинения обоснованы, судить непросто. Поэтому ограничимся только некоторыми фактами, которые позволяют делать на этот счёт более или менее определённые выводы.
Прежде всего это касается Г.П. Вишневской. Обнаружить в публикациях А.И. Солженицына обвинения её в связях с КГБ не удалось. Между тем из воспоминаний знаменитой певицы явствует, что на заре туманной юности она, как и её великий квартирант, тоже согласилась быть осведомителем и некоторое время даже писала доносы, разумеется, как утверждает она, самого невинного содержания. И только благодаря вмешательству Н.А. Булганина ей удалось освободиться от этой обязанности[465].
Контактировал А.И. Солженицын и с людьми, чьи связи с органами госбезопасности не вызывают сомнений. Как мы знаем, когда летом 1966 г. он решил обратиться с покаянным письмом на имя Л.И. Брежнева, его куратором оказался журналист Эрнст Генри.
Долгое время считалось, что под этим псевдонимом скрывался Семён Николаевич Ростовский[466]. И лишь совсем недавно стало известно, что Ростовский — это Леонид Аркадьевич Хентов, который родился в Витебске в 1904 г. и был сыном владельца спичечной фабрики. В начале Первой мировой войны его отец оказался в Германии и здесь был интернирован[467].
Осенью 1917 г. Э. Генри жил в Москве[468]. К этому времени он уже закончил четыре класса гимназии, проявив особые успехи в иностранных языках[469]. В 1918 г. после подписания Брестского мирного договора уехал к отцу. «По заданию Коминтерна и Коммунистического интернационала молодежи (КИМа), — пишет его биограф Л.П. Петровский, — начиная с 1919 г. он вёл нелегальную работу в Германии, Великобритании, Франции, Польше, Бельгии, Турции и других странах… Почти 15 лет провёл в подполье Германии, находясь там с 1919 по 1933 г.»[470]. Именно в Германии в 1922 г. Л.А. Хентов сменил свою фамилию и получил в советском посольстве паспорт на имя С.Н. Ростовского[471]. Вступив в КПГ, входил в состав её ЦК, сидел в Моабите, а также в тюрьмах Полицейпрезидиума и Плетцензее. После прихода Гитлера к власти, бросив архив, бежал в Англию[472]. С середины 1930-х по 1951 г. работал в Лондоне в советском посольстве[473].
Был ли Генри советским разведчиком? — задаётся вопросом Л.П. Петровский и даёт на него положительный ответ[474]. По собственному признанию Э. Генри, он работал за границей под руководством Отдела внешних сношений, который представлял собою одну из самых секретных структур Коминтерна и взаимодействовал как с ОГПУ-НКВД, так и с Разведывательным Управлением Генерального штаба[475].
В печати уже давно появились сведения, что во время пребывания в Англии Э. Генри имел непосредственное отношение к знаменитой кембриджской пятёрке (А. Блант, Г. Берджесс, Д. Маклин, К. Филби, Дж. Кернкросс)[476]. Долгое время он не признавал, но и не отрицал этот факт, а в 1986 г. сообщил, что в 30-е годы участвовал в вербовке выпускников Кембриджского университета и был связан как с профессором этого университета М. Доббом, так и с его учеником Г. Берджессом[477]. В 1951 г. вместе с Д. Маклином он вынужден был покинуть Британские острова[478].
В 1953 г. Э. Генри арестовали, и он пробыл в заключении до 1955 г. После освобождения и реабилитации посвятил себя журналистской деятельности. Стал членом Союза писателей СССР. В 1965–1969 гг. принимал активное участи^ в организации общественных выступлений, направленных против возможной реабилитации И.В. Сталина[479].
Среди ближайших друзей Э. Генри после его освобождения из заключения можно назвать бывшего дипломата Е.А. Гнедина[480] и историка Я.С. Драбкина[481]. А поскольку Е.А. Гнедин принадлежал к числу ближайших друзей Л.З. Копелева, не исключено, что именно через него Э. Генри познакомился с А.И. Солженицыным. К сожалению, их контакты до сих пор остаются покрыты тайной. Однако для понимания интереса Э. Генри к писателю необходимо учитывать известное изречение «Бывших разведчиков не бывает».
Более серьёзного внимания заслуживает Н.И. Столярова.
