Упоминаемые материалы появились во Франции в 1998 г.[498] В 2001 г. в отечественной печати почти одновременно на неё обратили внимание Носик[499] и А.Г. Вишневский[500], книга которого в 2008 г.[501] была переиздана. В 2004 г. на этот факт было обращено внимание и в моей книге о А.И. Солженицыне[502].
В 2011 г. на канале «Культура» был показан фильм «Исторические путешествия Ивана Толстого. 4-я серия. Писательская любовь Бориса Поплавского. Таня и Ева», в котором автор, используя уже упоминавшийся полицейский документ, сделал попытку через него посмотреть на последующую судьбу Натальи Ивановны Столяровой и обратил внимание на ряд странных эпизодов: а) почему-то до сих пор никто, кроме Е. Гинзбург, не упоминает о пребывании Н.И. Столяровой в лагерях, хотя пробыла она там восемь лет и лагерных воспоминаний уже появилось множество; б) очень странно, что такой острожный и близкий к власти человек, как И.Г. Эренбург, взял её к себе в секретари и ещё более странно, что КГБ не помешал этому; в) несмотря на то, что Н.И. Столярова была в гуще диссидентской интеллигенции, а затем даже возглавляла Фонд Солженицына, её ни разу не обыскали и не арестовали; г) поразительно, что она свободно ездила за границу, а в 1976–1977 г. не только пробыла там больше положенного срока, но и умудрилась без советской визы несколько месяцев пожить в США (и это не имело никаких последствий для неё); д) если при жизни Столяровой КГБ никак не беспокоил её, то после смерти сразу же опубликовал о ней статью в газете «Советская Россия». И.И. Толстой не обвинил Н.И. Столярову в сотрудничестве с КГБ прямо, но расшифровал её имя «Ева» как соблазнительница или провокатор[503]'.
Но если Наталья Столярова сотрудничала с КГБ, получается, что он не только с её помощью выводил А.И. Солженицына на международную орбиту, но и руководил Фондом Солженицына. А поскольку этот фонд материально поддерживал диссидентское движение, следует признать, что таким образом это движение поддерживал КГБ.
Правда, и в том случае, если ограничиться версией Б.И. Чехонина, исходившего из того, что Н.И. Столярова не имела к КГБ никакого отношения, но утверждавшего, что КГБ держал её под пристальным присмотром, чтобы через неё контролировать все её связи, получается, что КГБ смотрел сквозь пальцы и на её деятельность, связанную с А.И. Солженицыным.
Тогда следует признать, что КГБ не только был очень хорошо осведомлён о деятельности А.И. Солженицына, но и во многом способствовал ей. Именно с помощью Н.И. Столяровой были переправлены за границу его рукописи осенью 1964 г., именно она принимала участие в организации его встречи с О. Карлайл весной 1967 г., с её лёгкой руки было опубликовано за границей «Письмо к съезду писателей», при её участии летом 1968 г. был переправлен за границу «Архипелаг», она свела А.И. Солженицына с Н.Д. Светловой[504]', благодаря ей он познакомился с Э. Маркштейн, а та вывела его на Ф. Хееба, именно она играла важную роль в осуществлении связей РОФ с заграницей. Через неё шли связи во французское посольство.
Таким образом, те немногие сведения, которыми мы сейчас располагаем, свидетельствует, что: а) органы госбезопасности держали в поле зрения по крайней мере часть лиц, с которыми контактировал А.И. Солженицын, по этой причине он тоже должен был оказаться под его наблюдением и б) КГБ мог иметь своих людей в окружении писателя и располагать о нем самой конфиденциальной информацией.
Показательно, что когда в 1967 г. возникло Пятое управление КГБ и внутри него был создан специальный отдел за наблюдением и разработкой наиболее видных диссидентов, одно из первых мест среди них сразу же занял А.И. Солженицын[505].
В результате, по воспоминаниям последнего председателя КГБ В. Бакатина, отложившиеся в архиве этого учреждения материалы наблюдения за писателем составляли к августу 1991 г.
Поскольку А.И. Солженицын утверждает, что органы госбезопасности впервые получили представления о его подпольной литературной деятельности только в августе 1973 г., когда была арестована Е.Д. Воронянская, а затем обнаружена рукопись «Архипелага, начнем с этого года.
