Андрей Донатович Синявский родился в Москве в 1925 г. Его отец, в прошлом эсер, дважды (в 1924 и в 1950 г.) арестовывался. В 1943–1945 гг. А.Д. Синявский служил в армии, в 1945 г. поступил на филологический факультет МГУ. Закончив университет (1949), а затем аспирантуру (1952) и защитив кандидатскую диссертацию по роману А.М. Горького «Жизнь Клима Самгина», работал в Институте мировой литературы, в 1957–1958 гг. преподавал в МГУ на факультете журналистики, с 1958 г. — в Школе-студии МХАТ, был одним из ведущих литературных критиков журнала «Новый мир». В 1960 г. вместе с И. Голомштоком издал книгу «Пикассо», в 1964 г. — написанную вместе с А. Меньшутиным книгу «Поэзия первых лет революции. 1917–1920». С 1956 г. начал печататься за границей под псевдонимом «Абрам Терц», за что в сентябре 1965 г. был арестован вместе с Ю. Даниэлем и предан суду, отбыл в заключении шесть лет, после чего получил возможность уехать за границу. Жил в Париже, преподавал в Сорбонском университете, издавал журнал «Синтаксис», который стал одним из духовных центров антисоветской эмиграции[1064].
Прошло время, и в 1984 г. А.Д Синявский со страниц своего автобиографического романа «Спокойной ночи» поведал о том, как ещё в студенческие годы его вербовали советские спецслужбы[1065], а затем признал данный факт в полемике, которая развернулась вокруг его романа[1066]. Разногласия в возникшем споре вызвали два вопроса: удалось ли органам госбезопасности завербовать Андрея Донатовича и, если удалось, сотрудничал ли он с ними?
В романе А.Д. Синявский писал, что его главный герой, прототипом которого являлся он сам, был завербован[1067], но в упомянутой полемике заявил лишь, что его «пытались» завербовать, не конкретизируя, как, кто и когда[1068]. По свидетельству его жены М.В. Розановой (Кругликовой), в 1948 г. её муж, будучи студентом филологического факультета МГУ, не только получил со стороны органов госбезопасности предложение о сотрудничестве, но и «согласился» на него. Оправдывая этот шаг, она отмечает: «В сталинские времена могущественной Лубянке не отказывали»[1069]'. Поэтому первый вопрос можно считать решённым.
Сложнее обстоит дело со вторым вопросом. По свидетельству А.Д. Синявского, когда органы госбезопасности вербовали его, перед ним ставилась одна задача — следить за однокурсницей Элен Пельтье, бывшей дочерью адмирала, французского военно-морского атташе в Москве. Однако Андрей Донатович сообщил Элен о сделанном ему предложении, и они разыграли сцену размолвки, после которой отношения между ними прервались, возможность слежки за нею со стороны А.Д. Синявского исчезла и органы госбезопасности оставили его в покое. Снова вспомнили о нём только в 1952 г. В романе описывается, как главный герой на военном самолёте был доставлен в Вену, куда именно в это время должна была приехать Элен. Цель его необычного путешествия заключалась в том, чтобы свести Элен в ресторане с одним из сотрудников Л.П. Берия. Эту случайную встречу предполагалось зафотографировать, чтобы затем шантажировать или саму Элен, или её отца. Но главный герой романа снова поставил свою подругу в известность о планах советских спецслужб, на чём его контакты с этими службами прекратились[1070].
Вскоре по выходе романа в свет оба факта были подтверждены Элен Пельтье (в замужестве Замойска)[1071]. На основании этого защитники А.Д. Синявского утверждают, что ни о каком его сотрудничестве с органами госбезопасности не может быть и речи[1072].
Вывод явно поспешный.
Прежде всего необходимо отвлечься от истории с Элен Пельтье и установить, в каком качестве Андрей Донатович был завербован: как доверенное лицо или тайный агент? Если органы госбезопасности пытались использовать его как доверенное лицо, то нарисованная им картина вполне вероятна. Если же он был завербован как агент, то его деятельность в таком качестве не могла ограничиваться одной Элен и разыгранный разрыв отношений между ними не мог быть основанием для прекращения его отношений с органами госбезопасности.
Как мы уже знаем, агента от доверенного лица в советское время отличало не только то, что сотрудничество первого с органами госбезопасности было регулярным (а не от случая к случаю), но и то, что оно закреплялось специальными документами, из которых нам известны по крайней мере два: подписка о сотрудничестве и расписка о неразглашении[1073]. Были ли отношения студента А.Д. Синявского с органами госбезопасности оформлены документально? Да. По словам М.В. Розановой, согласившись на сотрудничество, её муж «дал» необходимые «подписки» и «расписки»[1074].
Из этого можно сделать вывод, что он был завербован как агент и история с Элен Пельтье — лишь один из эпизодов в его взаимоотношениях с органами госбезопасности.
