На рубеже XIX–XX веков психические нарушения становятся проблемой престолонаследия уже в Вене. Единственный сын-наследник императора Франца-Иосифа эрцгерцог Рудольф 30 января 1889 г. пускает себе пулю в лоб у трупа своей несовершеннолетней любовницы, скончавшейся от осложнений аборта; по официальному заключению Ватикана, принц был в «состоянии психической неуравновешенности». Тогда имперские власти пытались распространить версию смерти кронпринца от аневризмы аорты. Эрцгерцог Франц-Фердинанд, по описанию историка Михаэля Фройнда, «был мрачен внутренне и внешне, распространял вокруг себя ауру странности, отбрасывая тень жестокости и импульсивности».
Запутанная судьба Василя Вышиваного являет собой клиническую картину циклотимии с гипоманиакальными фазами, манифестирующими гиперактивностью, псевдологией и переоценкой собственной личности. Интерпретации парижских проблем граничат с идеями преследования; в свою очередь, побег из Вены в 1922 г. вызывает подозрения о депрессивно-параноидных расстройствах в этот период. И наконец, смена юдофилии юдофобией может быть проявлением психотической амбивалентности, а вовсе не приспособления к политической конъюнктуре.
Все биографы Вышиваного сталкиваются с противоречием: с одной стороны, современники описывают его как крайне непрактичную, легковесную, инфантильную личность, а с другой — признают, что по меньшей мере четыре раза в жизни он быстро и успешно обогащался (в том числе при получении польского наследства). Это противоречие объясняется только динамикой психопатологии: в субклинической гипомании мышление ускоряется, память и внимание улучшаются, как и способность презентовать себя влиятельным лицам. В декомпенсации, когда начинается скачка мыслей, галопирует аффект, нарушается сон и «вылезают» расстройства влечений, тот же человек кажется окружающим чудаком, инфантилом, пустопорожним хвастуном, а его действия на практике вредят его же собственным планам, благо планы могут меняться по нескольку раз за сутки или даже за час.
Юлия Тимошенко, оказавшись в Лукьяновской тюрьме, похоже, восприняла эта совпадение как знак судьбы, и её многочисленные неизлечимые заболевания, сменяющие друг друга по хорошо описанному Фрейдом стереотипу конверсионной исторической симптоматики, подсознательно воспроизводят недуг её кумира-стрельца. И если она не называет его имя вслух, то лишь потому, что не получила пока прямого соизволения от его родни.
Вряд ли случайно Тимошенко раньше «весны» в Египте и московского митинга на Болотной использовала в своей символике белый цвет — цвет «антикоррупции», цвет лотоса и цвет Белой армии одновременно. Вряд ли эта идея, наряду с другими элементами символики оккультного характера, наряду с интересом к Японии, могла взяться «с потолка». И вряд ли случайно за неё вступается далай-лама.
Восточные увлечения Отто фон Габсбурга относились ещё к началу 1920-х гг. Вскоре после провала монархического заговора своего отца он сблизился с графом Рихардом Николаусом фон Куденхове-Калерги, сыном австрийского родовитого дипломата и медсестры-японки, который тогда был увлечён идеей создания единой человеческой расы. Первым шагом для этого должно было стать объединение Европы, для пропаганды которого в 1922 г. Отто и Куденхове учредили Пан-Европейский союз. Идеи Куденхове, как он сам подчёркивал, должны были стать альтернативой мировому коммунизму, и особо важной задачей граф считал вовлечение состоятельного еврейства, не заражённого коммунистическими идеями. В процессе слияния рас, как пояснял Куденхове в книге «Практический идеализм», еврейство, опережающее другие расы в интеллекте, компенсирует своё отставание в физическом развитии.
На первом съезде Пан-Европейского движения присутствовали, в частности, Эйнштейн и Фрейд. Интерес философов-атеистов к инициативе Отто и Рихарда объяснялся, очевидно, не только пацифистским, но и антиклерикальным аспектом начинания. Куденхове и Эйнштейн разделяли симпатию к эссеисту и поэту-экспрессионисту Курту Гиллеру, яркому публицисту и борцу за права гомосексуалов, а также за право на аборт и суицид, который боготворил Шопенгауэра и Канта и презирал Гегеля, в связи с чем был отторгнут марксистскими кругами. В 1929 г. Гиллер сменил упомянутого Магнуса Гиршфельда, хорошо знакомого Фрейду сексолога, в должности председателя Научного гуманитарного комитета, отстаивавшего права сексуальных меньшинств.
Альберт Эйнштейн и Мартин Бубер, подписывавшие воззвания Научного гуманитарного комитета, в 1925 г. вместе с Фрейдом были избраны в правление открывшегося накануне Еврейского университета в Иерусалиме. Ещё одним членом правления стал Феликс Варбург. В 1933 г. Гиллер окажется в тюрьме (хотя и ненадолго), а Макс Варбург, брат Аби и Феликса, напротив, будет избран в совет директоров германского Райхсбанка, где будет заседать ещё пять лет.
