De Secreto / О Секрете полностью

Ни одна война не могла продолжаться без пороха, а рынок химически связанного азота контролировался Англией, основным поставщиком которого со временем стала чилийская селитра [27]. Как указывает Стивен Боун, «единственный коммерчески значимый природный источник органических нитратов, способный удовлетворить растущий во всём мире спрос на взрывчатку и азотные удобрения, находился в Южной Америке, то есть практически на противоположной стороне земного шара от основных рынков потребления в Европе».

В начале XIX Александр Гумбольдт, путешествуя по Южной Америке, выяснил, что перуанский климат, один из самых засушливых в мире, позволил скопиться на береговой линии огромным, толщиной до 50 метров залежам птичьего помёта, который местное население называло «уано», а англичане читали как «guano». Инки использовали его для удобрения полей и во избежание конфликтов места добычи разделили между провинциями [2], так что стратегическое значение гуано было известно давно.

В 1822 г. по рекомендации Гумбольдта английское горное общество направило студента Парижского горного института Жана Батиста Буссенго в армию генерала Симона Боливара, у которого он дослужился до полковника, изучая в своей походной лаборатории чилийскую селитру и гуано. Буссенго выявил связь количества азота в Урожае кукурузы с количеством азота, внесённого в почву [302; 303], определив азот как главный источник плодородности и подтвердив его стратегическую значимость.

Поэтому тот факт, что рождение современного Перу после того, как Антонио Сукре, начальник штаба Боливара, вторгся на территорию испанской колонии в 1824 г. [28; 29], практически совпадает с началом промышленной торговли перуанским гуано вновь появившейся «свободной страны», весьма примечателен. Особенно с учётом того, что лицензию на торговлю дали лишь «небольшому числу доверенных фирм», а к середине XIX века это право сосредоточилось в руках британской компании Энтони Гиббса. Англичане всё ещё оставались главными контролёрами пороха, а значит, и мировых войн.

Отсюда и исследовательский пыл французов и американцев, бороздивших Тихий океан в поисках островов с залежами гуано. Одними из них стали острова Чинна, где добыча азотосодержащего продукта была уделом пойманных дезертиров, осуждённых, чернокожих рабов и обманом заманённых китайских кули, которых французские, испанские и британские суда вывезли на острова более 100 тыс. человек. Любой попавший на остров становился невольником и не имел права покидать его в течение пяти лет, но двадцатичасовой рабочий день мало кто выдерживал в течение такого срока на производстве, где дышать из-за аммиачной пыли было почти невозможно. «Они ходят почти голые, не имея ни куска ткани, чтобы прикрыть наготу, живут хуже псов» — такую картину увидел американский журналист Джорж Вашингтон Пек. Он и другие пассажиры торговых кораблей наблюдали харкающих кровью, прикованных к тачкам, покрытых ядовитой едкой пылью невольников, многие из которых предпочитали отравиться опиумом или кинуться со скал, поэтому потребность в новых рабочих никогда не убывала. В 1862 г. несколько перуанских судов вывезли на острова Чинча всё мужское население острова Пасхи. Благодаря усилиям французского священника вернулись лишь несколько выживших, тут же заразив подхваченными болезнями оставшихся на острове женщин и детей, после чего население острова практически вымерло.

После того как в 1846 г. английский химик Хиллс запатентовал способ превращения нитрата натрия в нитрат калия, производство нитратов переместилось в районы залежей хлористого калия в Германии, ставшей источником селитры во время Крымской войны. Однако необходимый в процессе, но сложный в изготовлении йод был слишком дорогим компонентом. В 1857 г. Ламонт Дюпон, глава компании «Dupon», открыл способ приготовления пороха из «каличе», горной породы, известной в Индии как «канкар» [2; 30].