Парень обвел всех взглядом и отрицательно махнул головой.
– Кто тебя к нему подослал, наркоман ты чертов?
– Не пойму, о чём ты.
– Я ему сейчас кишки через анал вытащу, – не выдержал Мишаня, крупный парень с короткой стрижкой.
– Говори, я сейчас не в том настроении, чтобы долго ждать.
– Я не могу. Правда.
– Почему? Что тебе пообещали?
– Нет. Отвалите, ничего не скажу.
Князев резко встал со стула, а потом со всей силы нанёс удар ему в грудь, парень пошатнулся на стуле, а потом стал лихорадочно втягивать через спазмирующие легкие воздух.
– Ты, хрен на палочке. Ты не выйдешь отсюда, пока не скажешь зачем и на что подбил моего брата! – Дима был готов разорвать этого урода голыми руками, но Мишаня положил руку ему на плечо, остановив очередной удар.
– Не надо, пойдём выйдем, Тигран и Валера сами его уговорят, – Дима с неохотой кивнул, достал сигареты и на выходе бросил.
– Не по лицу. Руки и ноги, как хотите.
Через десять минут их позвал Тигран.
– Вот же тварь, обоссался от страха, всего лишь пару пальцев сломали.
Дима опять сел на стул напротив парня, буравя его взглядом.
– Ну, так как?
– Меня убьют. Он меня заживо закопает.
– Ты думаешь, мы будем нежнее с тобой?
Парень не выдержал и разревелся, страх за свою жизнь сделал своё дело.
– Он… Он дал мне денег и сказал… Сказал найти Санька и подкинуть ему наживку.
– Говори нормально. Кто? Сколько? Сука, какую наживку?
– И так понятно же кто, – Мишаня провел по лицу рукой, кивая другу на наркомана.
– Я хочу это слышать от него.
– Тахмаз. Это он меня заставил. Он скинул долг, дал сто кусков.
– Грёбаный… – Валерон не выдержал и, схватив чью-то кружку со стола, кинул со всей силы в стену.
Дима провел рукой по голове, сдерживая порыв растерзать Тахмаза в сию секунду и опять посмотрел на парня. Остальные еле держали себя в руках.
– Продолжай.
– Он чётко приказал, ЧТО именно надо сказать…
– Приказал? – крикнул Мишаня. – Ты олень? Шмара передозная…
– Тихо всем.
– Он сказал, чтобы я всеми путями уговорил Санька поехать на встречу с крупным барыгой из Архипки, мол, тот будет проездом и мог скинуть хороший товар.
– Ты же знал, что мы с этим покончили. Почему не пришёл ко мне?
– Да сыкло он, шестёрка армянская, – вставил Тигран и отошел к стене.
– Я боялся.
– Сейчас надо бояться, – Дима встал и подошёл к парню, схватив за волосы, резко дёрнул назад и нагнувшись, прошипел прямо в лицо. – Сейчас ты поедешь со мной и все это ещё раз расскажешь.
Тигран с Валероном затолкали хнычущего наркомана в багажник, а Дима набрал майора полиции.
– Виталий Анатольевич, через пять минут буду у вас. Желательно, чтобы открыли ворота, важное ничтожество по делу привезу.
– Понял. Жду.
***
– Ты уверен?
– Да, брат, на все сто.
Они стояли, облокотившись на капот машины, и курили. Краснодарская жара душила и опаляла лёгкие. Ни ветерка с моря, к которому он привык, даже намека на тучи не было.
– Как скоро всё будет готово? – снова переспросил Дима у Мишани.
– Отец потянул за ниточки, обещал через пару дней. Он сам тебе позвонит.
– Хорошо.
– Останься. Теперь без Тахмаза будет тихо.
– Нет, – Дима выкинул окурок и с серьезным видом продолжил. – Не могу и не хочу.
– Почему армия?
– Там мне не дадут думать, – Дима усмехнулся и потянулся рукой в карман. – На, держи, теперь она твоя.
Он протянул другу ключи от своей любимицы BMW.
– Ты охренел? Я не могу.
– Мозги не делай. В ближайшие три года она мне не понадобится.
– Вернёшься и понадобится.
– Я не вернусь.
Друг посмотрел на Князева и по глазам понял, что тот всё решил для себя и не вернётся. Взяв молча ключи, он отвернулся, сдерживая выступившие слезы.
– Как устроюсь, скину тебе номер, держи меня в курсе по делу Тахмаза.
– Твой отец не даст этой гниде соскочить. Что ты отцу сказал?
Дима вспомнил, как отреагировал папа. Он молча обнял его, пожал руку и ушёл в свой кабинет. На следующий день Дима уехал в Краснодар.
– Эээ, вот ещё что, присмотри за Мариной. Чтоб не связалась…
– Я понял. Опять дежурить возле её юбки, – Дима хлопнул друга по плечу.
– Всё будет пучком.
– Да знаю я. Но не как раньше, – тихо прошептал Мишаня, прекрасно понимая, как теперь изменится жизнь без лучшего друга.
Ровно через неделю, по распределению на зеленке в Краснодаре, он ехал в Северную Осетию, в ВЧ 3737.
***
– Смирно!
Его взвод стоял чётко на своём обозначенном месте, в составе Мотострелковой роты. Майор роты окинул взглядом построение солдат, довольно кивнул и повернулся на знаменосцев.
Все две тысячи человек стояли по стойке смирно, весь 674 полк оперативного назначения выстроился на плацу и ожидал, когда полковник Егоров начнёт свою пламенную речь. Но до этого командир каждого батальона должен предоставить свой ежедневный отчёт замкому части.
– Вольно, – отдал приказ полковник.
По стройным рядам прошла волна выдоха облегчения. Почти полтора часа все до единого слушали проникновенную речь полковника, а после строевым шагом разошлись по своим местам службы.
– Рядовой, твою мать! Ещё раз, – крикнул лейтенант Князев на срочника.
